Irish Republic

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Born to die

Сообщений 61 страница 71 из 71

1

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png
Born to die

http://picua.org/img/2017-04/10/athbvxu5jqz5ljy936lwxk8iu.gif http://picua.org/img/2017-04/10/siv76v5t4xshm520lujkq8dma.gif http://picua.org/img/2017-04/10/9yi39nyluxr4k06x37d8hgabq.gif
http://picua.org/img/2017-04/10/f7mg9fjwscn4apeld5jrgfox0.gif http://picua.org/img/2017-04/10/4cym41l9ckx0sgnm67q5ubi5k.gif http://picua.org/img/2017-04/10/1c9fl0muyhto4yse0xuoj7cac.gif

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/7d64ae6d/12992859.png

УЧАСТНИКИ
Финник Одэйр (Финн Паркер) и Бойд Суини (Бойд Суини)
ДАТА И МЕСТО
Год 75-х ГИ, Четвертый дистрикт - Капитолий - Арена
САММАРИ
Квартальная Бойня станет переломным моментом в истории всего Панема.
Даже если пока об этом знают лишь единицы.

18+
- предыдущий эпизод
http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png[AVA]http://picua.org/img/2017-04/10/oym78vo8v7lgv1m01nwgd0di1.jpg[/AVA][SGN] [/SGN][STA]мини-одэйр[/STA]

Отредактировано Boyd Sweeney (2017-04-13 17:23:27)

+1

61

"Финник, любимый..." - каждый раз в его объятиях Бойд выдыхал эти слова, и каждый раз они были для Одэйра музыкой, звенящей, пронзительной, удивительно нежной. Она будто насквозь пронзала Финника и заставляла утонуть в собственных ощущениях и близости любимого. Финник снова застонал, протяжно и сладостно, так, будто уже задыхался от наслаждения.
- Малыш... Мой малыш... - не то прошептал, не то простонал он, до боли сжимая обнажённые теперь плечи Бойда. - Мой... хороший мой... - кажется, просто повторять это, снова и снова говорить, что любимый принадлежит ему уже было равносильно тому, чтобы глотнуть свежего воздуха, вцепиться в жизнь крепче, так крепко, чтобы она ни за что не вырвалась из рук.
  Кровь колоколом гудела в ушах, сердце стучало оглушительно и звонко, и Финнику казалось, что его кружит в каком-то удивительном морском водовороте, из которого невозможно выбраться, да и не хочется вырываться. И всё-таки несмотря на рокот этого невидимого моря, ему оказалось достаточно заглянуть Бойду в глаза, чтобы увидеть непривычное выражение во взгляде любимого - требовательное, почти жёсткое и при этом какое-то удивительно твёрдое.
  Не было сказано ни слова, не понадобилось ни единого жеста - сейчас, как и всегда, им двоим хватило взглядов, чтобы понять друг друга. Финник отступил на полшага, слегка повёл плечами, выпрямляясь, как будто хотел ещё больше показать себя, открыться Бойду, а потом, чуть приподняв подбородок, потянулся навстречу: смотри, запоминай, не отпускай, бери, делай, что хочешь.
  Снова треск ткани. Её тихий шелест. Полная открытость перед любовником, который теперь тоже был полностью обнажён. Ощущение чуть болезненной и одновременно сладостной дрожи, так и пробравшей всё тело под жадным, собственническим взглядом. Финник медленно прерывисто вздохнул, прикрыл глаза, скользнул руками по всему своему телу, от шеи до паха и бёдер.
- Да, - тихо, чуть хрипловато произнёс он и на секунду прикрыл глаза. - Да, пожалуйста... - голос сорвался на шёпот, и Финник снова коротко перевёл дух.
  Он почти забыл, что его голос может быть таким тихим и послушным. Что в самом этом послушании сейчас столько отдыха, столько сил, столько опоры и надёжности, сколько он и представить не мог. Снова встретившись глазами с Бойдом и неотрывно теперь глядя ему в лицо, Финник медленно кивнул, отступил назад, к постели.
- Да, - теперь голос Одэйра прозвучал громче и твёрже. Он подался навстречу Бойду, потянулся к его губам. - Да, хочу тебя. Иди сюда. Пожалуйста, - объятие стало крепче. - Хочу тебя. Делай, что хочешь. Как захочешь, - Одэйр не лгал ни единым словом: он был готов всем существом принадлежать своему ментору, делать для него всё, что угодно, и наслаждаться каждым его прикосновением.
[AVA]http://storage1.static.itmages.ru/i/17/0930/h_1506788914_6609175_e992d8b06b.jpg[/AVA]
[NIC]Finnick Odair[/NIC]
[STA]Улыбайся[/STA]

Отредактировано Phineas Parker (2017-10-08 21:40:53)

+1

62

  Они могли бы обойтись вовсе без слов. Бойд знал, что ответит Финник, еще до того, как прозвучало его тихое и удивительно мягкое "да". Знал по тому, как любовник смотрел на него, по тому, как вскидывал голову, по тому, как открывался для его взгляда. Наконец по тому, как его руки скользнули по его же телу, намертво приковывая взгляд - в этом жесте было столько естественной сексуальности, что капитолийцы, увидев его, наверное, лишились бы чувств. Но таким искренне соблазнительным Одэйр мог быть только с ним - это Бойд сейчас узнавал заново, получая ожидаемое согласие.
  Но хотя Бойд ждал его, короткое "да", которое Финник повторил несколько раз, будто хотел убедить любовника в свой искренности, заставило его глаза вспыхнуть. Он не сомневался, что получил бы это согласие в любой другой день - стоило только сказать о своем желании. Но в этом никогда не возникало необходимости: Финнику нравилось присваивать его, подчинять себе, а Бойду нравилось принадлежать, слушаться, и им всегда было хорошо вместе. Сегодня этого было мало, сегодня пришло время для того, чтобы что-то между ними снова произошло впервые.
  Бойд не стал ничего отвечать, как не стал и осторожничать: вместе с Финником упав на постель, он немедленно подмял его под себя и накрыл его губы своими, сминая их торопливым поцелуем. Финник был выше, крепче, сильнее, и ощущать его под собой было почти непривычно, но вместе с тем Бойд замечал, что сейчас впервые любовник податлив и послушен под его руками. Осмелев, он развел его бедра в стороны и устроился между ними, прижавшись к Финнику всем телом. От одной только этой близости, от чужого жара и возбуждения, так тесно сплетавшимися с его собственными, Бойд дрожал, как в лихорадке, и нетерпеливое, жгучее желание все больше заслоняло для него все остальное.
  Для нежных слов и признаний, для взаимных клятв и обещаний - для всего этого будет время позже. Сейчас слова были лишними, а дыхание нужно было беречь для стонов и криков, которые обязательно еще должны были заполнить собой эту спальню. Первый сорвался с губ Бойда, когда он толкнулся влажными от слюны пальцами в тело любовника и ощутил, насколько горячее оно внутри. Сдерживаться становилось все сложнее, и все же Бойд не торопился - он не хотел, чтобы Финник испытал даже намек на боль. Только не сегодня, только не с ним.
  Бережно растягивая любовника, Бойд осыпал его тело поцелуями - живот, грудь, плечи, шею. Кожа Финника была удивительно, почти неправдоподобно гладкой стараниями стилистов, и это неожиданно вызвало слабый отголосок раздражения. Словно Капитолий вторгался даже сюда, в их близость, отбирая у Бойда каждый рубец, каждую веснушку, каждый волосок на теле любимого, которые он так досконально знал.
  Раздражение вырвалось наружу тем, как сильно Бойд впился губами и зубами в шею Финника, оставляя на коже яркую и довольно большую отметину. Уже завтра на его теле могут появиться ожоги или раны, но еще до того безупречную работу стилистов подпортит его, Бойда, метка, и ее увидит весь Панем.
  Это мгновенно успокоило поднявшуюся было в душе Бойда бурю, и для него снова не существовало ничего, кроме Финника. Отстранившись немного, он смотрел на любимого - от его красоты перехватывало дыхание. Все в нем было совершенно - от природы, а не благодаря Капитолию: смуглая кожа и налитые силой мышцы под ней, светлые, выгоревшие на солнце волосы и синие глаза, имеющие столько же оттенков, сколько само море. Завораживающее, притягивающее взгляд лицо и улыбка на нем - такая теплая, такая искренняя...
  Бойду хотелось сказать об этом Одэйру, чтобы тот увидел себя его глазами, но мысли путались, а слова отказывались выстраиваться в связные фразы. Он только и смог, что выдохнуть хриплое "люблю", прежде чем придвинуться к Финнику вплотную и плавным движением войти в него. В самые первые секунды Бойд еще хранил непривычное для него молчание, пораженный, оглушенный собственными ощущениями, а потом толкнулся сильнее, глубже и выдохнул громкий, полный наслаждения, стон. [AVA]http://picua.org/img/2017-10/08/6ywi973k7y0zuk87bsibn16d8.jpg[/AVA][STA]мини-одэйр[/STA][SGN] [/SGN]

Отредактировано Boyd Sweeney (2017-10-08 21:44:27)

+1

63

Финник только тихо, еле слышно ахнул и откинулся на спину, послушавшись движения любовника. И в эту секунду его с новой силой накрыло такое непривычное и такое естественное сейчас желание открыться, принадлежать, отдаться рукам, которые знали его тело не хуже, чем он сам, могли быть удивительно нежными и в то же время жадными. Эти прикосновения сейчас отгораживали Одэйра от всего мира - от сегодняшнего нечеловеческого напряжения, от завтрашних игр со смертью, от будущего, которое сейчас казалось таким тёмным и неверным. Ничто, кроме них, не имело значения, кроме них и поцелуев, которыми Бойд сейчас покрывал его тело, высекая искры, так и вспыхивавшие где-то под кожей почти болезненным удовольствием.
- Малыш, - тихо выдохнул Финник, неотрывно всматриваясь в Бойда. - Ох, малыш... Ох, да! - это был почти вскрик, и, прикусив губу, он шире развёл бёдра и слегка выгнулся, когда любовник проник пальцами в его тело. - Ещё! - требовательно прошептал Финник. - Пожалуйста... глубже!
  Бойд был так бережен, так нежен с ним, как очень редко бывал с любимым сам Одэйр, и от этого удовольствие разгоралось во всём теле медленно, плавно, понемногу разливалось по жилам теплом. Казалось, что привычная между ними страсть, которая часто мгновенно вспыхивала огнём до неба, сейчас превратилась из этого огня в текучую лаву: она наполняла изнутри, почти обжигала - и вместе с тем смешивалась с самой кровью, так что её невозможно было не ощутить всем существом. И нельзя не забрать с собой на арену.
  Воспоминание об арене обожгло болью, заставило сорваться на стон, полный наслаждения и одновременно бессильной ярости. И вслед за стоном раздался короткий хриплый вскрик: Финник так отозвался на укус, которым наградил его Бойд и который был так непохож на недавние нежные прикосновения. Выгнувшись, Одэйр сильно откинул голову открыл шею, так, чтобы как можно сильнее подставиться любовнику. Он хотел бы сейчас сказать Бойду, что хочет ещё, что ему нужно больше, хотел просить оставить целый узор меток по всему телу - и пусть потом камеры смотрят, сколько угодно - хотел крикнуть, что прикосновение к каждой из них там, на арене, придаст сил, не даст отступить, заставит крепче помнить. Слов не было. Способности облечь в слова обрывочные мысли - тоже. Ничего не осталось, кроме того, чтобы кричать и стонать в голос и открываться любимому всем существом.
- Люблю! - беззвучным эхом выдохнул Одэйр, почувствовав Бойда в себе, и так и не услышал собственного голоса. - Люблю... - и только слабо шевельнулись губы.
  Когда Бойд толкнулся глубже, удовольствие сотней импульсов разошлось по всему телу. Финник на секунду совсем затих, широко распахнув глаза, а потом зашёлся долгим, пронзительным стоном.
- Ещё! - вскрикнул он, обретя голос. - Ещё! Пожалуйста! Глубже!.. - и, выгнувшись дугой, он с силой подался навстречу движениям любовника. Руки так впились Бойду в плечи, что следы, которые теперь наверняка останутся, ментору придётся носить, пока не кончатся Игры.
[AVA]http://storage1.static.itmages.ru/i/17/0930/h_1506788914_6609175_e992d8b06b.jpg[/AVA]
[NIC]Finnick Odair[/NIC]
[STA]Улыбайся[/STA]

+1

64

  Когда Финник стал подаваться навстречу его движениям с такой жадностью, как будто ему не терпелось поскорее ощутить его в себе, Бойду показалось, что у него из груди разом вышибли весь воздух. Это было потрясающе, головокружительно, это было непохоже ни на что из того, что ему довелось испытывать прежде.
  И дело было не только в физических ощущениях, от которых наслаждение расходилось по всему телу горячими волнами. Но и в той удивительной открытости, которую проявлял сейчас Одэйр, отдавая любовнику себя всего, без остатка. Скрытность Финника была тем подводным камнем, который нередко портил их отношения, но в последний год это как будто изменилось. Бойд узнал больше о кошмарах любимого и ужасных сценах с Игр, которые преследовали его порой и наяву, о той грязи, через которую прежде ему приходилось проходить в одиночку, о самых темных мыслях, которые посещали его, пока не было рядом того, кто мог их отогнать.
  Но теперь Одэйр как будто не просто приблизил к себе Бойда, но распахнул для него свое сознание, открывая ему все: свои страхи и надежды, сомнения и мечты, счастье и горе. Это было одновременно и больно, и прекрасно, и Бойду казалось, что этот водоворот эмоций и чувств накрывает его с головой. И он не хотел, чтобы это прекращалось.
- Финник... Любимый мой, сердце мое... - сбивчиво шептал Бойд, задыхаясь от нежности и удивительной благодарности, которую пробудила в нем открытость любовника. И едва заставил себя вспомнить, что важнее то, что чувствует Одэйр, а не он - короткая вспышка боли, когда тот впился ему в плечи, и требовательное "еще" напомнили ему об этом. - Конечно, любимый, все для тебя...
  Финник просил сильнее, глубже, и Бойд не хотел и не мог отказать ему в этой просьбе. Его движения стали напористее, увереннее, он больше не боялся причинить любовнику боль. Более того - он надеялся забрать ее: и ту, которую Одэйру уже довелось испытать за последние десять лет жизни, и ту, что только ждала его впереди. А если не забрать, то хотя бы затмить - любовью, нежностью, удовольствием, страстью, такой огненной, что, казалось, она способна спалить весь Капитолий.
- Мой Финник! - сквозь стон выдохнул Бойд, прежде чем снова впиться в губы любовника жадным поцелуем. Такими же жадными были и движения, которыми Бойд брал его, проникая как можно глубже и каждый раз задерживаясь на мгновение, точно хотел намертво запечатлеть этот момент, когда двое сливаются в одно. - Мой, мой, мой...
  Лихорадочный шепот срывался с губ Бойда с каждым новым толчком, а ему самому казалось, что он кричит об этом, всему Панему заявляя, что Финник принадлежит ему одному.
  И что он скорее умрет, чем позволит кому-то отобрать его. [AVA]http://picua.org/img/2017-10/08/6ywi973k7y0zuk87bsibn16d8.jpg[/AVA][STA]мини-одэйр[/STA][SGN]I would die for you, my love,
I would lie for you, my love,
I would steal for you, my love,
And I would die for you, my love, my love!..
(с)
[/SGN]

Отредактировано Boyd Sweeney (2017-10-10 13:06:28)

+1

65

До встречи с Бойдом, до того, как они стали по-настоящему вместе, Одэйр не знал и даже представить себе не мог, насколько привык быть один. Одиночество прочно въелось под кожу, стало неотъемлемой его частью, заставило будто бы создать в собственном сознании и в душе целые закрытые наглухо отсеки и закоулки, где он держал старые страхи, боли и самые тёмные мысли. Никому не было туда доступа, и даже он сам нечасто позволял себе роскошь заглядывать туда. С появлением малыша всё изменилось, старые барьеры стали рассыпаться в прах, но сейчас Финнику казалось, что всё происходящее между ними сейчас - впервые.
  Впервые он так открыт перед Бойдом, как будто впускает его не только в своё тело, но и в самые дальние тёмные комнаты сознания. И не просто впускает - зовёт туда, тянет, просит быть внутри.
  Впервые так остро кажется, что с каждым движением, с каждым поцелуем и стоном они всё больше превращаются в одно существо, вплавляя себя друг в друга.
  Впервые так сильно захлёстывает чувство, что он, Одэйр, не сильнее, не старше, не защищает, не пытается прикрыть. Его прикрывают. Его защищают. За него всё решает его ментор.
  Мысль о Бойде-менторе, вспыхнула, пронеслась в мозгу яркой кометой, и Финник, распахнув глаза и захлебнувшись на секунду собственным дыханием, беззвучно ахнул и сильнее прежнего вцепился любовнику в плечи.
- Радость моя! - он хотел это крикнуть, но голос изменил и сорвался на шёпот. - Жизнь моя! - а тут Финник уже даже не пытался кричать, как будто даже воздуху не хотел доверять такие слова. - Любовь моя! Твой!.. - на последнем слове с его губ сорвался отчаянный протяжный стон, почти сразу превратившийся в крик.
  Это было странно: чувствовать себя настолько уязвимым и полностью принадлежащим другому человеку - и в то же время так полно защищённым. Это было прекрасно: боль от сильных, глубоких движений лучами расходилась по всему телу и превращалась в такое острое наслаждение, что темнело в глазах. Это было необходимо: выгибаться любимому навстречу, подаваться к каждому его движению, отвечать на его поцелуи так, словно без них дыхания не хватит, обнимать го ногами, как будто иначе он отстраниться или его попытаются отобрать. Это стало частью Одэйра: отдаваться, принимать Бойда в себя, впитывать его запах, запоминать его вкус - забирать его с собой всюду, куда бы ни пришлось завтра отправиться.
  Крепко обхватив любимого и намертво прижав его к себе, он запрокинул голову и застонал отчаянно и сладостно, как будто снова и снова хотел просить большего, но на собственный голос надеяться уже не мог.
[AVA]http://storage1.static.itmages.ru/i/17/0930/h_1506788914_6609175_e992d8b06b.jpg[/AVA]
[NIC]Finnick Odair[/NIC]
[STA]Улыбайся[/STA]

+1

66

  Было что-то невероятное, почти нереальное в том, как Финник принимал сейчас все, что делал с ним Бойд. Так открыто, так жадно, с такой неистовой готовностью, словно это было все, о чем он только мог мечтать. Бойд никогда не видел его таким и даже не мог представить, что его Финник, его сильный, властный, всегда как будто немного насмешливый, если не снисходительный, Финник станет отдаваться ему так, словно они и в самом деле наконец стали равны - во всем.
  И неожиданно Бойд понял, что ему эта близость даст не меньше, а возможно, и больше, чем Одэйру. Даст уверенность в собственных силах, в способности защитить любимого, прикрыть его так же, как сам Финник прикрывал Бойда, пока тот был на арене. Может, он по-прежнему уступал своему бывшему ментору в опыте, но вера в себя должна была стать тем самым стержнем, который позволит ему превзойти собственные возможности.
  Осознание этого принесло такое облегчение, что Бойд выдохнул долгий, протяжный стон и хотя бы ненадолго выкинул из головы все мысли об Играх. Теперь для него снова существовал только Финник и только настоящий момент, а завтрашний день стал казаться далеким и несущественным. Да и как вообще можно думать о чем-то кроме Финника и видеть что-то кроме Финника, когда он так тянется навстречу, так обнимает и так шепчет на ухо?
  Бойд уже не мог ответить словами на этот шепот и только срывался на новые стоны и крики вслед за Одэйром. Исчез привкус горечи, злости или страха - осталось одно только удовольствие, чистое, полное, всепоглощающее. Бойд плавился в нем, как в жарком солнце родного дистрикта, и оно было тем сильнее и ярче, что каждое его мгновение он делил с Финником. Чувствовал все то же, что и он, хотел того же, что и он, и точно так же, как и он, не мог остановиться.
  Кружилась голова и отчаянно не хватало дыхания, но Бойд не давал послабления ни себе, ни любовнику. Его подхлестывало то, как Финник изгибался, прижимаясь к нему всем телом и позволяя войти в него еще глубже, как стонал так несдержанно, что не возникало никаких сомнений в испытываемом им наслаждении, как держал его в объятьях, удивительно похожих на захват. Бойд снова и снова толкался в тело любимого, осыпал поцелуями его лицо и плечи, а когда тот запрокинул голову, так доверчиво открывая шею, снова впился в нее губами, оставляя на коже еще одну недвусмысленную метку.
  Стоны теперь все чаще превращались в крики - сдерживать себя не было больше никакой возможности, но Бойд и не пытался. Чувствуя, что разрядка уже совсем близка, он с трудом просунул руку между тесно сплетенными телами и стал торопливо, настойчиво ласкать член Финника. Он надеялся в самые последние, самые жаркие мгновения еще услышать крик любовника, но вместо этого закричал сам, полностью отдаваясь во власть такого наслаждения, какого прежде еще не знал. [AVA]http://picua.org/img/2017-10/08/6ywi973k7y0zuk87bsibn16d8.jpg[/AVA][STA]мини-одэйр[/STA][SGN]I would die for you, my love,
I would lie for you, my love,
I would steal for you, my love,
And I would die for you, my love, my love!..
(с)
[/SGN]

+1

67

Странное дело: вроде бы сегодня ночью они с Бойдом должны были прощаться, говорить друг другу что-нибудь такое, что могло бы поддержать и придать сил, просто пытаться словами будто бы укрепить будущее, сделать его хоть немного светлее, вот только именно слов сейчас и не было. Этот абсолютно бессловесный момент, разделённый на двоих и принадлежащий только им одним, полнился криками, стонами, прикосновениями, поровну болезненными и ласковыми, поцелуями, от которых перехватывало дух, и никакие слова не могли бы сейчас значить больше.
  Финник накрепко прижимал к себе Бойда - и чувствовал его жар острее, чем свой собственный.
  Вдыхал запах любимого - и будто впитывал его всей кровью и кожей, присваивал, чтобы дальше не расставаться с ним, что бы там ни было.
  Целовал его губы, которые уже успел искусать до боли, - и будто брал себе немного его дыхания. Чтобы потом хватило собственного, чтобы найти силы дышать там, где не будет ни воздуха, ни сил его найти.
  Ни осталось не только слов, но и мыслей, ничего, кроме инстинктивной, почти животной необходимости отдаваться снова и снова, открываться любимому, вплавлять его в себя, принадлежать безраздельно. В эти минуты, когда Одэйр как будто забыл человеческую речь, а всё его тело то и дело сотрясало дрожью, как в лихорадке, Бойд не был его учеником, не был младше, не нуждался в покровительстве, наоборот: это он защищал, он удерживал своего бывшего ментора на краю смертной тени и был его якорем. И Финник не чувствовал даже - отчётливо знал: этого достаточно, чтобы вернуться.
  Он отозвался коротким, болезненным вскриком, когда Бойд впился зубами ему в шею, замер на секунду, а потом снова сильно выгнулся, открываясь поцелуям, которые так щедро доставались его плечам и груди. Тело прошивало то удовольствием, то лёгкой болью, само это наслаждение делавшей ещё более острым, и Финник отзывался то пронзительным стоном, то вскриком на каждый новый сильный толчок. Он едва не захлебнулся собственным дыханием, когда Бойд скользнул рукой между их сплетёнными телами, толкнулся любовнику в ладонь, раз потом другой - и зашёлся оглушительным криком, который тут же слился с другим таким же, отчаянным и долгим.
- Мой! - хрипло и яростно выкрикнул Одэйр, до синяков сжимая плечи Бойда. - Мой! Я - твой!.. - а потом крик снова стал бессловесным, как будто Финник хотел, чтобы невольно сорвавшиеся с губ слова утонули в этом зверином вопле.
[AVA]http://storage1.static.itmages.ru/i/17/0930/h_1506788914_6609175_e992d8b06b.jpg[/AVA]
[NIC]Finnick Odair[/NIC]
[STA]Улыбайся[/STA]

+1

68

  Бойд пришел в себя достаточно быстро, чтобы услышать хриплые выкрики Финника. Это было почти страшно - столько в них было ярости и угрозы. Не для него, конечно - но для любого, кто имел бы неосторожность оторвать их сейчас друг от друга. И именно в этот момент Бойд почему-то понял, отчего президент Сноу так настаивал, чтобы у Одэйра не было "ни любви, ни семьи".
  Их связь давала им обоим такую силу, о которой не мог и помышлять Капитолий со всеми своими вооруженными до зубов миротворцами. И в то же время она была их слабостью. Ведь что может быть проще, чем добиться покорности зарвавшегося победителя, угрожая тому, кто ему так дорог? Именно поэтому они оба могли сколько угодно рычать и грызть поводок, но не могли сорваться с него, не могли ослушаться воли ненавистного хозяина.
  Впрочем, здесь и сейчас Сноу не было. А Финник был - дрожащий, тяжело дышащий, все еще приходящий в себя после пережитого удовольствия - так же, как и Бойд. Только Бойд еще и улыбался, не в силах удержать при себе странное веселье, порожденное простой мыслью: всему, что он сейчас делал, он научился у Финника. Для  него это был еще один первый раз, и снова его ментором выступил великолепный Одэйр, два года назад - а сейчас казалось, что это было совсем давно! - ставший у Бойда первым.
  Наверное, именно из-за этого неуместного веселья, открыв рот, Бойд не заговорил о завтрашнем утре, до которого оставалось совсем немного времени, или о прощании, или о том, что будет, когда Финник окажется на арене. А произнес самое неожиданное, что только можно было в этой ситуации:
- Ну что, я надеюсь, это было хотя бы на десять баллов? - не сдержавшись, он тихо прыснул от смеха и уткнулся лицом в плечо Одэйра, и не думая отстраняться от него. - И почему только нельзя демонстрировать распорядителям такие навыки?.. - задумчиво добавил он, все же поднимая голову и подпирая ее ладонью.[AVA]http://picua.org/img/2017-10/08/6ywi973k7y0zuk87bsibn16d8.jpg[/AVA][STA]мини-одэйр[/STA][SGN]I would die for you, my love,
I would lie for you, my love,
I would steal for you, my love,
And I would die for you, my love, my love!..
(с)
[/SGN]

+1

69

Несколько секунд после того, как разрядка накрыла его оглушительной высокой волной, Финнику не хотелось ни шевелиться, ни открывать глаза. Ему казалось, что он опустился на дно неспешной, очень тёплой реки, сквозь волны которой мягко светит солнце, и нет никакой необходимость выбираться на поверхность. Тут хорошо. Тут спокойно, тихо, тут он держит в руках малыша, и его совсем незачем выпускать. Тут он и останется, тут его никто не найдёт.
  С этой потребностью дремать на дне спорило только одно - желание не только держать Бойда в объятиях, но и удерживать его взгляд, видеть выражение раскосых, всегда чуть припухших глаз. Финник медленно, с удовольствием вздохнул и посмотрел в лицо любовнику. И не удержался от улыбки при виде того, как беззаботно, неожиданно весело улыбается Бойд. Ничего говорить и ни о чём спрашивать не хотелось, и Финник только неспешно обвёл пальцами сперва бровь, потом скулу и, наконец, линию подбородка Бойда, а услышав его вопрос, беззвучно фыркнул от смеха в ответ.
- Не принижай себя, это было на все двенадцать! Даже на двенадцать с половиной, думаю, им захотелось бы наградить тебя чем-нибудь особенным за такое выступление, - Одэйр ласково погладил любовника по переносице, а потом напустил на себя серьёзный задумчивый вид: - Странно это, согласись? С другой стороны, с кем бы эти навыки демонстрировали - с партнёром по дистрикту? С кем-то из Распорядителей? С резиновым манекеном? - никто бы сейчас даже не подумал, что Одэйр глумится, а не рассуждает всерьёз. - Мне кажется, что позволять такое с заведомыми противниками не стали бы, потому как вдруг бы одни трибуты насмерть затрахивали других ещё на тренировках и индивидуальной аттестации? Вот против тебя у многих точно не было бы ни единого шанса, - снова фыркнув от смеха, Финник потянулся к Бойду и коснулся его губ лёгким поцелуем.
  Может быть, это было странно, может быть, они выбрали жуткий и неправильный предмет для шуток накануне арены, но какого чёрта, если смерти легче смотреть в глаза после того, как подёргал её за усы? Финник улыбнулся шире, мягко погладил Бойда по волосам и снова покрепче прижал его к себе.
[AVA]http://storage1.static.itmages.ru/i/17/0930/h_1506788914_6609175_e992d8b06b.jpg[/AVA]
[NIC]Finnick Odair[/NIC]
[STA]Улыбайся[/STA]

+1

70

  Казалось, ничто теперь не способно было стереть улыбку с лица Бойда. И его веселье только подогревало то, что Финник мгновенно отозвался на его сомнительные шутки, в очередной раз продемонстрировав - они удивительно похожи. И даже еще веселее стало от неожиданно пришедшей в голову мысли: как бы отреагировала на такие разговоры целомудренная Огненная Китнисс? Улыбка на лице Бойда на мгновение превратилась в угрожающий оскал, стоило только представить ее праведное возмущение, но уже через секунду он снова весело смеялся, отзываясь на слова Одэйра.
- Как удивительно щедр сегодня мой ментор! Никак льстить мне вздумал? - Бойд нахмурился с притворным недовольством, но долго это выражение удержать не смог и снова широко улыбнулся. - Вот еще! Чтобы получить особенную награду, надо сделать что-то особенное, а у меня сегодня был... м-м-м... пробный дебют! - фыркнув от того, как по-дурацки это прозвучало, Бойд легко прикусил пальцы, гладившие его лицо, и продолжил. - Но если снова и снова практиковаться, уверен - я смогу стать настоящим профи! - на мгновение веселье померкло - очень живо вспомнилось, что у них может и не быть возможности "снова и снова практиковаться", но Бойд усилием воли отогнал эту тучу. - Вот насчет партнеров по дистрикту - это мысль на миллион! А еще лучше - с менторами... - теперь улыбка на лице Бойда стала мягкой, нежной, и он так же ласково ответил на поцелуй Финника, касаясь его щеки пальцами. - Как бы я хотел отправиться завтра с тобой, - тихо произнес он, прямо глядя в  совсем темные сейчас глаза Одэйра. - Я имею в виду, не только проводить тебя, но и выйти с тобой на арену, - отыскав руку любимого, Бойд ласково погладил его пальцы, а потом намертво переплел их со своими. - Никто не мог бы с нами сравниться, - это прозвучало совсем тихо.
  Веселье закончилось, шутки тоже. Не было смысла заниматься самообманом и делать вид, что они не думают о том, что случится завтра. Бойд все еще не хотел прощаться, но были слова, которые должны быть сказаны прежде, чем наступит утро, и для них как раз наступило время.[AVA]http://picua.org/img/2017-10/08/6ywi973k7y0zuk87bsibn16d8.jpg[/AVA][STA]мини-одэйр[/STA][SGN]I would die for you, my love,
I would lie for you, my love,
I would steal for you, my love,
And I would die for you, my love, my love!..
(с)
[/SGN]

+1

71

Увидев, как улыбка Бойда превратилась на секунду в недобрый оскал, Финник мягко прошёлся ладонью по его лицу, как будто для того чтобы стереть это выражение: не хотелось сейчас видеть мрачную тень на лице любимого, пусть побудет весёлым, хотя бы ещё немного, хотя бы даже если в самом веселье есть что-то злое.
- Ну что ты, какая лесть! - Одэйр являл собой прямо-таки олицетворение праведного негодования. - Твой ментор просто смиренно признаёт то, что евучил тебя всему, чему только мог, и теперь ты совершенно великолепен и способен показать себя с самой лучшей стороны. Да что там, так показать, что всем остальным останется только зеленеть от зависти, - Бойду достался ещё один лёгкий поцелуй в губы. - Просто понимаешь, у некоторых дебюты проходят так, как будто им не надо становиться профи, им хватает врождённого таланта, - Финник видел, как менялось выражение лица любимого, заметил то, как поблёкла его улыбка, и чувствовал: тень завтрашнего дня всё ближе, всё труднее отогнать её, сделать вид, что их обоих что-то отделяет от арены. Он видел, чувствовал и всё равно не хотел пока расставаться с надеждой ещё немного продлить этот тёплый и теперь уже такой тихий момент. - С менторами... - Финник мягко улыбнулся. - Да, это было бы лучше всего, тем более, для меня, я же могу полностью рассчитывать на своего ментора, никому так не повезло, как мне... - потянувшись навстречу Бойду, он коснулся его губ мягким поцелуем.
  А потом момент веселья, разделённого на двоих, всё-таки отступил, и завтрашний день окончательно стал реальностью, подступил так близко, как будто за окном уже светало. Финник крепко стиснул руку своего малыша, как будто хотел удержаться за родное тепло. Бледный рассвет над Капитолием, планолёт, удушающая неизвестность, которая обступает каждого, кто поднимается на арену в стеклянной колбе лифта - всё это стало реальностью. А ещё - недавний разговор с Эбернети, данное ему обещание, взятое с него обязательство.
  Финник посмотрел Бойду в глаза. Они не будут завтра вместе, но что, если надежда не так безумна, как кажется, и позже их ждёт другая жизнь или хотя бы близость, на которую больше никто не будет покушаться? Силой, с которой Финник сжал Бойду руку, можно было бы сломать пальцы.
- Никто бы с нами не сравнился, - тихо произнёс он и медленно кивнул. - Больше всего на свете мне хотелось бы, чтобы ты был рядом, и мы бы прикрывали друг друга. Но, знаешь, так, может быть, мы будем даже сильнее: всё, что я буду делать, будет под твоим взглядом и для тебя. Я буду знать, что ты смотришь. И что вытащишь меня там, где я не смогу выбраться сам. И что когда всё закончится, поцелуешь, совсем так же, как после твоих Игр, - Финник смолк на секунду, а потом произнёс почти в губы Бойду: - Я всё время буду чувствовать, что ты рядом, - объятие, в котором он сжал любимого, оказалось удивительно крепким, как будто, что бы Одэйр ни говорил, его тело требовало не расставаться с Бойдом, ни за что, никак.
[AVA]http://storage1.static.itmages.ru/i/17/0930/h_1506788914_6609175_e992d8b06b.jpg[/AVA]
[NIC]Finnick Odair[/NIC]
[STA]Улыбайся[/STA]

+1