Irish Republic

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Irish Republic » Настоящее время » Cherchez la femme


Cherchez la femme

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png
CHERCHEZ LA FEMME

https://pp.userapi.com/c418424/v418424054/c40/6VgnPAcZOWs.jpg

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/7d64ae6d/12992859.png

УЧАСТНИКИ
Дилан Мур, Элизабет Маги
ДАТА И МЕСТО
06.09.2017
Килкенни, недалеко от дома отца Морригана.
САММАРИ
"Кто хочет - тот добьется,
Кто ищет - тот всегда найдет!"
А что делать, когда добился и нашел?

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png

Отредактировано Dylan Moore (2017-09-01 19:42:10)

0

2

- Ди, просыпайся! Новый день – дерьмо все то же.
Эти слова я слышал каждое утро все эти три года. Звонкий голос Лиз прорывался из сна в реальность. Каждый чёртов день, ёбанную тысячу и еще девяносто пять дней подряд. Я подскакивал на узких нарах, на которых можно было нормально уместиться только лёжа на боку, надеясь увидеть её рядом с собой. Но каждый чёртов день, я понимал, что это всего лишь моё воображение. Мне хотелось бить в стену кулаками, разорвать к чертям собачьим эту решётку и сбежать, сбежать и искать её, моего маленького Хорька. Но было нельзя. Надо было ждать и терпеть. Ребята подсуетились и нашли деньги на неплохого адвоката, приволокли аж из самого Дублина. Линдеманн, кажется так его звали. Богатенький хлыщ из столицы, по его взгляду было прекрасно понятно, что именно он думает обо мне. К такому как я, он добровольно не подошел бы ближе, чем на расстояния пушечного выстрела, если бы не бабки. Но мне было на это плевать, хотя и хотелось иногда хорошенько врезать по его напыщенной физиономии и спустить с его Олимпа на нашу грешную землю. Дело своё он знал хорошо, и это главное. Полгода – именно столько ему понадобилось, чтобы добиться оправдательного приговора и выплаты неплохой компенсации, которая была мне как нельзя кстати.
Нельзя сказать, что задница кончилась, но свет в её конце определенно забрезжил. Я вернулся к себе домой. И первое, что я сделал – кинулся искать хоть кого-то, кто знал, куда уехала Лиз. Один день… Одного сраного дня не хватило мне, чтобы увидеть её перед её отъездом, чтобы узнать, куда её увозит этот дедок, какой-то там её родственник.
Двое суток я искал по всему городу наших общих знакомых, и ни один не мог сказать ничего вразумительного. И когда через два дня пришел домой и рухнул на кровать, обессиленный и раздавленный, как крыса в тюремной столовой, ко мне подошел Патрик, мой младший брат.
- Где ты ходил? Лиз просила тебе передать это, - он протянул мне клочок бумаги с наспех нацарапанными на нём словами. Я выхватил этот драгоценный обрывок, жадно вчитываясь в текст. Твою мать, да она всё это время была в часе езды отсюда!
- Какого чёрта ты молчал?! – взревел я, притягивая к себе братца, еще толком не зная, что хочу сделать больше: расцеловать его за прекрасную новость или надрать его тощую задницу за двухдневную задержку. Так и не определился.
- Так ты бросил вещи и убежал, даже рта никому не дал раскрыть! – возмутился Пат и сел рядом со мной. – Дил, тебе надо уезжать. Рикки ищет тебя, он приходил недавно.
Я похолодел. Рикки был одним из тех, кто снабжал меня наркотой для продажи. Ну конечно, вряд ли они так просто спустят на тормозах тот факт, что несколько их ребят заняли моё место за решеткой. И Рикки искал меня явно не за тем, чтобы расцеловать и преподнести букетик фиалок. Я поднялся и схватился за рюкзак. В нём лежала обналиченная денежная компенсация. Десять тысяч евро, это вам не на трансформатор ссать. Я перевернул рюкзак над постелью и хорошенько встряхнул. Пачки купюр выпали и шлёпнулись на матрас. Глаза Пата поползли на лоб. Я подхватил одну пачку, сунул обратно в рюкзак. Немного подумал и добавил к ней еще одну, а остальную кучу пододвинул брату.
- Здесь восемь тысяч зеленых. Матери не показывай, спрячь. Ты старший, Хоуп и Руа на тебе. Если сможете – валите отсюда нахрен. Я найду Лиз, заберу её и мы уедем в другой город. Как только осяду – заберу вас к себе, - всё это я говорил, уже запихивая в рюкзак все необходимое и спешно одеваясь. Терять нельзя было ни минуты. Я и так просрал впустую два дня, засветил своё возвращение, а мне еще надо было доехать до нового места обитания Лиз.
- Передавай привет брату и сестре. – я пожал руку Патрику, а потом не выдержал и крепко обнял его. Насчет матери я не беспокоился, она, похоже вообще не заметила моего трёхлетнего отсутствия. По крайней мере, за все это время она ни разу не обозначила своё существование, забыв про меня, как, в принципе, и всегда за последние лет двадцать.
Выскочив из дома, я добежал до шоссе и поймал такси. Ловить попутку здесь довольно небезопасно, уж я-то знаю. Назвал адрес и растянулся на заднем сидении, старательно прикрывая лицо воротником куртки, чтобы со стороны это смотрелось так, будто уставший пассажир спит.
Мысли тяжело ворочались в голове. Что ей сказать? Что сказать её родственнику? Да, это же её дядя, я вспомнил. Святоша из благополучного района Кинсейла. Отговорил её мамашу-шлюху от аборта и самоустранился, решил, что главное дело сделал – спас заблудшую душу от греха, а остальное – как-нибудь сами. Вот теперь, получай результат своих проповедей.
Машину тряхнуло на ухабе, и мысли сбились. Если он не отдаст мне Хорька просто так, то мне придется выкрасть её. Но тогда он точно наведет легавых, а сразу после тюрьмы они с радостью запихнут меня обратно. Надо придумать что-то другое. Признаться ей и предложить пожениться? Тогда все законно, не подкопаешься.
- А вдруг она не захочет меня видеть? – внезапно раскаленной иглой вонзилась мне в мозг жуткая мысль, и я моментально покрылся холодным потом. – У неё новая жизнь, новая семья, новая школа, новые знакомые. Не такие знакомые, какие были в наших трущобах, с которыми приходилось вместе драться за выживание и планировать, как лучше стибрить лишний кусок хлеба, чтобы не сдохнуть от голода. Вдруг у неё появился парень, она его любит и они…
Меня замутило. Еле повиновавшимися губами я крикнул водителю остановиться и выскочил на обочину, где меня вырвало желчью. Я брезгливо вытер рот и сплюнул. Во рту был мерзкий горький привкус, но его было не сравнить с тем дерьмом, которое творилось у меня внутри. Медленно залез обратно в машину и кивнул водителю. Он подозрительно покосился на меня:
- Парень, а ты не заразный часом? Мне проблемы здесь не нужны, – были видны его изучающие глаза в зеркале заднего вида.
- Не парься, мужик. Меня просто укачало. Не переношу качку. Видел бы ты, на какого охренительного кита я был похож, когда пытался поплавать на пароме. – хрипло проговорил я. Водитель, удовлетворенный ответом кивнул и тронулся с места. Он попытался завести разговор о казусах в работе вестибулярного аппарата его клиентов, но я уже его не слушал. Мысли о теоретическом парне моей… МОЕЙ Лиззи, я старательно отметал, но они назойливо лезли снова и снова.
Наконец, мы приехали. Такси газануло и скрылось за поворотом, оставив меня одного на дорожке у небольшого домика. Он будто сошел с пасхальной открытки. Светлые стены, резные ставни, огромные кусты, украшенные цветами всех мастей. Я внезапно почувствовал себя неудобно. Как дерьмодемон из фильма «Догма», который приперся на бал фей. Поправил лямку рюкзака, подкинул его повыше и тут понял, что в этой картинке было не так. На двери висел огромный амбарный замок. В один прыжок я перескочил через низенькую изгородь, которая скорее украшала, чем защищала от непрошенных гостей и побежал к двери.
Сначала я постучал. Потом я постучал еще раз. Через пять минут, я уже колотил в неё кулаками, орал, звал хоть кого-то выйти, метался от окна к окну, пытаясь вглядеться внутрь сквозь тюль и увидеть хоть кого-то. Последняя надежда выходила из меня крупными каплями ледяного и липкого пота. Я сам не заметил, как слёзы покатились из глаз.
- Что вы творите?! Я вызову полицию! – какой же противный голос…
Я резко развернулся, тяжело дыша. На меня смотрела тощая как, высохший стебель, женщина. В халате, бигудях и с кочергой наперевес. Нервно сглотнул и попытался улыбнуться.
- Простите, пожалуйста. Здесь должен жить пожилой джентльмен с племянницей, - что-то, а притвориться паинькой когда надо, я всегда умел. – Я её брат, только вернулся из… длительного путешествия. Вы не могли бы сказать, где её найти?
Женщина напоминала мелкого грызуна. Крысу, с выставленными зубами и булавочными головками глаз. Некоторое время она сканировала меня (я моментально принял самый безобидный вид, на который только был способен), а потом внезапно смягчилась.
- Отец Ноа, благослови Господь его душу, скончался. Вы не представляете, какое это горе для нас всех! Это был такой человек, такой человек… Самый отзывчивый священник из всех, кого я знала. А знавала я много священников, уж поверьте мне, юноша. А в последние годы приютил у себя эту бедную сиротку, Элизабет. Вы ведь её ищете? Такая милая девочка, обходительная. Только уж слишком тощая и хмурая. Я в её годы такой не была. Вот, помнится мне, в семнадцать лет я была той еще пышечкой. А уж хохотушкой! Именно поэтому Тэд Фланнаган клюнул на меня, помяните мои слова, молодой человек!
Я слушал это тарахтение и не мог вклиниться. Одно я понял точно – дядя Лиз двинул кони, и самой Лиз здесь уже нет.
- А девочку жаль, да, очень жаль. Ведь такая хорошенькая, только здесь обжилась. А теперь всё, одна ей дорога, в интернат. Она же несовершеннолетняя, а родственников, кроме отца Ноа, упокой Господь его душу, у неё больше нет.
- Благодарю Вас, миссис…
- Мисс. Мисс Найтингелл.
- Благодарю, мисс Найтингелл. Вы очень мне помогли. И напоследок, Вы не подскажете, где можно узнать подробнее о местонахождении Элизабет? – я с трудом сдерживал нервный смех, таким дураком я себе сейчас казался.
- Да вы идите прямиком в церковь! Это они занимались всеми вопросами. Тут рукой подать – сначала свернете направо, потом три фута прямо и еще раз направо, прямо перед домом миссис Фигг, вы его сразу узнаете, там стоят эти кошмарные розовые фламинго. Ужаснейшая безвкусица на мой взгляд. А вы, значит брат? Надо же, ни капли не похож, но тоже милый. Вы мне напоминаете моего Фреда, в его лучшие годы, да упокой Господь его грешную душу! Пропойца он был редкостный, но каков красавчик! Женщины тучами вокруг вились, уж попомните мои слова, молодой человек!
Дождавшись конца её повествования, я спешно попрощался, пока она не вспомнила еще кого и отправился к церкви. Если и они мне  ничего не скажут – это конец. Но с другой стороны, хоть Лиз я еще не нашел, но, по крайней мере, продвигался в поисках.
Церковь я нашел сразу. Кстати, фламинго у этой мисс Фигг действительно страшненькие. Вокруг было тихо и безлюдно, поэтому я, немного помявшись, вошел внутрь. Меня тут же окутала приятная прохлада и какой-то незнакомый запах. В таких местах я никогда не был. В том месте, где я вырос, приходилось полагаться только на себя, а те, кто ждали милости Божьей, обычно заканчивали довольно грустно, но быстро.
На самой первой скамье сидел священник – его выдавал белый воротничок под черным пиджаком, или как это у них называется – с очень усталым лицом.
- Простите, с кем я могу поговорить об отце Ноа и его племяннице Элизабет?
Священник вздрогнул, выдернутый из раздумий.
- Смотря, что Вы хотите узнать, сын мой. Меня зовут отец Кевин.
- Отец Кевин, я брат Элизабет и ищу её. Только что мне стало известно, что отец Ноа умер, я очень соболезную, но теперь мне нужно найти свою сестру. Вы можете мне сказать, куда её отправили?
Священник поднял на меня глаза, и внезапно мне стало душно. Я почувствовал, что он видит меня насквозь. Такого ощущения не было даже на допросах, а следаки там те еще въедливые сволочи (уж попомните мои слова, молодой человек).
- Пойдемте со мной, сын мой. Мне кажется, что Вам нужно многое рассказать, - отец Кевин встал, дождался меня и провел меня в небольшой кабинет. Пропустил меня вперед, налил мне чашку чая – всё это происходило в полнейшем молчании – пододвинул стул, сел напротив и все так же молча уставился на меня.
И внезапно меня прорвало. Я рассказал ему все. Как оказался в Кинсейле (мне сто раз рассказывала это мать, очередной раз напившись), про своего отчима, братьев и сестре, как торговал наркотиками, как меня подставили, как загремел в тюрьму на отсидку, как выбрался оттуда. А самое главное, я рассказал ему про Лиз, что никакой я ей не брат и что люблю её, что не могу вот так вот её потерять и забыть, вычеркнуть из жизни, будто её никогда не было. Потом я замолчал, схватил дрожащими руками чашку и жадно выпил давно остывший чай.
Отец Кевин разомкнул руки, всё это время сцепленные замком.
- Много испытаний выпало на твою долю, сын мой. Неправедный путь ты выбрал, но кто я такой, чтобы судить тебя. Все мы предстанем в конце перед Господом Богом нашим, и я буду стоять рядом с тобой. Но любовь твоя чиста и искренна, она очищает твою душу, - он помолчал немного. – Сейчас я нарушу одно из важнейших правил, тайну исповеди. Но разве не будет кощунственным, спасти твою душу и душу юной Элизабет от терзаний разлуки, бездумно повинуясь запретам, как ты думаешь?
Я кивнул, не знаю, что сказать. Наверное, вопрос был риторическим, но сидеть истуканом было бы глупо.
- Перед самой своей смертью, отец Ноа говорил мне, что всё это время знал, кто является отцом его племянницы. И говорил, что хочет рассказать ей об этом. По правилам, я должен был направить Элизабет в интернат, но она покинула город, и я думаю, что она отправилась на поиски своего папы. Его зовут Келлах Морриган. Он вспомогательный епископ диоцеза Оссори, в Килкенни. Подожди, я запишу тебе… - он торопливо зацарапал перьевой ручкой в блокноте, после чего вырвал листок и протянул его мне. Я бережно принял его и спрятал в нагрудный карман, вместе с запиской Лиз. – Найди её, обязательно найди. Я буду молиться за вас.
Отец Кевин встал, показывая, что разговор окончен. Я, не веря своему счастью, рассыпался в благодарностях, всё еще дрожащим, от безумного напряжения, голосом. Отец с улыбкой выслушал меня и легко подтолкнул к двери.
- Торопись. Сделай всё правильно, и помни, что Господь не оставит тебя.
Я еще раз поблагодарил его и почти бегом направился к выходу, поминутно оглядываясь на священника. Он стоял совсем один, на фоне огромного витражного окна, озаренного светом, и это показалось мне самой красивой картиной, какую я только видел.
Уже через час, я трясся на автобусе, который, похоже, решил собрать все ухабы и выбоины, по дороге в Килкенни. В этот раз в голове билась только одна мысль: «Нашёл, нашёл, нашёл…». В пункте назначения, выхожу из автобуса и почти сразу перехожу на бег. Нахожу  кафедральный собор Святой Марии, у первого попавшегося служителя спрашиваю, как найти отца Морригана. Идти пять минут, но я плутаю минут двадцать.
И вот опять, я перед очередным домом. Несмело ступаю на дорожку. Тут же откуда-то из воздуха материализуется большой пёс. Как странно, он не рычит на меня, не лает, а просто идет рядом. Вдох. Выдох. Стучу. Закрыто. Без сил сажусь на ступеньки. Неужели это конец? Достаю сигареты. Спустя три штуки, меня начинает отпускать. Дом не выглядит заброшенным. Скорее всего, его обитатели просто куда-то ушли. На время. И они обязательно вернутся.
- Ну в самом деле, не могут же они вечно сидеть дома. Так ведь, приятель? – обращаюсь я к псу. Он, будто поняв меня, ложится головой мне на колени и прикрывает глаза. Мол, ты прав, приятель. Просто расслабься и жди.
Внезапно я понимаю, что у меня немилосердно болят ноги. Стаскиваю кроссовки. Так и есть, стёр пятки до кровавых мозолей. Неплохой вариант, чтобы скоротать время – я поищу аптеку, чтобы купить себе пластырь, а пока хожу, наверняка все вернутся. Если не вернутся, что ж, буду спать прямо на крыльце. Поднимаюсь, прощаюсь с псом. Он, коротко вздохнув, неспешно уходит куда-то вглубь сада. Хороший всё-таки человек, этот пёс.
Аптеку я искал недолго. Идти до неё пришлось минут десять. Количество товаров, по сравнению, с аптеками Кинсейла поражало. У нас их грабили такое количество раз, что очень скоро, купить там можно было только бинты, аспирин, да пару прошлогодних журналов. Из которых один был бы с телепрограммой и сплетнями о знаменитостях, а второй – с голыми бабами. Прошу упаковку пластырей, с трудом выбираю одну из бесконечного количества вариантов. Плачу деньги, забираю покупку, иду к двери, крутя в руках коробочку. Открывается дверь. Картонная яркая упаковка летит из ослабевших пальцев на кафельный пол, удар отражается эхом от стеклянных витрин.
Три года… Каждый чёртов день, ёбанную тысячу и еще девяносто пять дней подряд, я представлял нашу встречу… Каждый из этих проклятых дней, я думал, что я тебе скажу… Три года. И вот теперь, я стою перед тобой и не могу сказать ни одного слова, Хорёк Лиз… МОЯ Лиз…

Отредактировано Dylan Moore (2017-09-03 08:59:05)

+3

3

Жизнь с папой становилась все более терпимой. Нет, безумия меньше не становилось, но я привыкала. Девица, что вьется вокруг моего отца ни куда не делать и ни какой способ ее извести пока не помогает. Но я смогу испортить ей жизнь и научить ее не вешаться на священников. Моя воспитанница с каждым днём демонстрирует все больше, что она терпимая девочка и вполне вписывается в круг тех, кто мне нравится, а вот ее алкаш папаша, друг моего отца, конечно тот ещё... Но от того, мое присутствие в жизни Эммы только больше пользы ей приносит.
Я вот даже Келлаха уже папой про себя называть научилась. Хотя в лицо все равно зову и буду звать его Келлахом. Обойдется. Вот отошьет эту свою шлюшку, там и назову, а пока и моим существованием обойдется. Ну и заботой.
Но забочусь я не только о нем и Эмме. Кроме них у меня тут появилась ещё целая толпа тех, кому нужно помочь. Дома в Кинсейле у нас с Диланом были названые братья и сестры, о которых мы заботились. Здешние дети, такие же, несчастные и одинокие, брошенные в собственных семьях, не были мне братьями и сестрами, но и о них я почувствовала необходимость заботиться. И делала это, помогая то с едой, то ещё с чем-то.
Одним из таких поводов для помощи, были презики. Самые обыкновенные. У самих моих подопечных, порой практически моего же возраста, не хватало на них ни денег, ни мозгов. Зато послушать меня, такую же, как они сами, да ещё и с матерью шлюхой - это можно. А уж подробности о том, как выглядит домашний аборт - это вообще излюбленная тема. Они хоть и знают, что я дочь священника, зато выросла среди таких, как они и знаю эту жизнь, сама ей живу.
Обговорили с папой, что так дальше нельзя и решили, что он будет мне выделять деньги на разное, а я не буду палить ни кому, что это за разное такое.
Вот и хожу затариваться. Не много, пачку-две обычно. Зато всегда по делу. Я знаю, что хотя бы большая часть из них пойдет в дело, главное правильно отдать девчонкам, не показывая, что это на деньги церкви. Такой вот двойной агент.
Именно за ними, с наушниками в ушах я и зашла. Один я все же сняла, когда обратилась к продавщице.
- Пачку презиков. Да, как обычно, парни говорят, что с ними им больше всего нравится. И пару тестов.
Я протянула деньги продавщице, чувствуя, как на меня пялится парень, который был тут до меня. Что у него произошло я не знала, да и не волновало это меня. Я забрала товар, собираясь сунуть его в рюкзак, но взгляд пареня слишком настойчиво сверлил мне спину и я повернулась, продолжая возиться.
- Чё ты на меня... - Я даже подумала, что меня глючит. Проморгалась. Ущипнула себя втихаря. А потом просто отбросила все, что было в руках и кинулась на Дилана обнимать его. Я бы вся к нему на руки залезла, если бы поместилась. - Почему ты здесь?
Мой Дилан здесь. Это просто не может быть реальностью. Но он такой реальный, когда его обнимаешь, что я просто трогала его везде, словно боялась, что где-то обнаружу, что это обман.

Отредактировано Elisabeth Magee (2017-09-03 09:44:56)

+3

4

Она прошла мимо меня. Она меня не узнала! Я стоял, как громом поражённый и смотрел ей в спину, пока она что-то покупала, разговаривала с аптекаршей, расплачивалась… Простые действия, но я смотрел на неё так, будто сама Дева Мария спустилась с небес и зашла прикупить себе пару пузырьков таблеток от несварения. Мир для меня заполнила оглушающая тишина, заполняемая только ударами сердца, где-то в ушах. Оно билось так сильно, что, казалось, вот-вот, и голова взорвется от давления изнутри. Время замедлилось, она невыносимо долго отсчитывала деньги, прежде чем сгрести покупки с прилавка и обернуться ко мне.
Выражение лица её стало недовольным. Явно её напрягал какой-то парень, который стоял и пялился на неё, не отрывая взгляда. И тут… Как-будто волна пробежала по лицу, коробки полетели в разные стороны, присоединившись к моему пластырю на полу.
Лиз кинулась мне на шею, ощупывала меня, будто боясь, что я не настоящий, что сейчас растаю как дым, как мираж. Я сгреб её в охапку и стиснул так крепко, как только мог, поднял в воздух, закружил. Я вдыхал запах её волос, щекочущих моё лицо, и понимал, что вот оно – настоящее, истинное счастье, после которого не жалко и умереть. От избытка чувств, я расцеловал её в щёки и в нос, хотя она отмахивалась от этих щенячьих нежностей.
- Хорёк, я тебя нашёл… - шептал я, не в силах оторвать от неё глаз, все сравнивая и сравнивая её с той пятнадцатилетней девчонкой, угловатой и нескладной, как все подростки, но невыносимо прекрасной для меня. Сейчас она стала еще прекраснее.
- Вы что за публичный дом здесь устроили?! – внезапно загремел голос из-за прилавка. Мы обернулись. На нас, уперев руки в боки, грозно смотрела аптекарша, - Элизабет, как тебе не стыдно?! Ты дочь епископа, а ведешь себя как распутная девка, прости Господи, публично вешаешься на шею мужчине! Разбросали тут всё! Ну-ка, брысь отсюда оба, пока я не позвонила твоему папе! Всех посетителей мне тут распугали!
Я засмеялся, извинился и бережно поставил Лиз на пол. После чего кинулся поднимать многочисленные упаковки. Поминутно оглядываясь на Лиз, я собрал все с пола и только тогда, увидел, что же поднимал…
Вы когда-нибудь падали со скалы прямо в море? Вот так, чтобы свист ветра в ушах, а потом сразу об воду, да так, что сердце разбивается о позвоночник и все кости сразу в труху? А потом вокруг тишина, давящая на уши и вода, которые прорывается в лёгкие и наполняет их жгучей болью?
«Нашёл своего Хорёчка? Ой, молодец-то какой, - зазвучал в ушах издевательский голос, - А знаешь, что это? Пра-а-а-авильно, гондоны. А знаешь, что это значит? Что кто-то трахает твою Лиз. Что она нашла парня, который смог убедить и перебороть её неприязнь к сексу и мужчинам, которые достались ей от её шлюшки-матери. И что сегодня, она собирается пойти к нему и снова неплохо потрахаться. Он будет трогать твою Лиз там, где ты даже мечтать не мог, со своими розовыми сопливыми вздохами. Жениться он хотел, ха-ха. А теперь, мой юный друг, посмотри, пожалуйста, правее. Что мы тут видим? Две упаковки тестов на беременность. Это значит, что не исключено, что она еще и залетела. Она будет носить ребенка этого мужика, а потом они станут счастливой семьёй, с очаровательным ангелочком. Или он кинет её одну, с ребенком на руках. Или она пойдет на аборт. Ах да, её папочка-священник наверняка не даст ей сделать этот аборт. А ты сиди дальше в старших братиках, лошара. А что ты хотел? Она ничего тебе не должна. Она свободная и красивая, ты думал, что она долго будет оставаться одна? Тогда ты еще больший идиот. На, подбирай пластырь, налепи его на своё несчастное разбитое сердечко, женишок».
Стало холодно. Резь в глазах напомнила мне, что неплохо бы моргнуть. Я глубоко вдохнул и встал. А в самом деле, чего я ждал? Она мне не принадлежит. Моё отношение к ней, это мои личные проблемы. А что делать теперь? Бежать отсюда без оглядки? Господи, как мне сейчас этого хочется… Но для неё ведь действительно просто вернулся старший брат. За каким чертом я бы полез в её личную жизнь.
Я встал. Подошел к ней. Протянул коробки, которые едва не выскальзывали из моих разом вспотевших рук. Краем глаза заметил аптекаршу, которая навалилась грудью на прилавок, явно чувствуя приближение драмы, о которой можно будет долго и с упоением рассказывать подружкам. «А дочка епископа-то, представляете, похоже с двумя парнями крутит», - я прямо представил её, сидящую с телефоном в руках в гостиной, с миской чипсов на коленях и бокалом мартини, отгоняющую назойливого кота. Интересно, у неё есть кот? Или мартини?
- Аж два теста? Не многовато ли? – я попытался улыбнуться, но вышло у меня не очень. Дождался, пока она спрячет  эти проклятые, чёртовы коробки… Ах, как я ненавидел их в этот момент! Наверное, ни одна картонка в этой жизни не удостаивалась такого количества ненависти.
- Пойдем на улицу, мы и правда здесь мешаем. – я вышел на улицу и закурил, избегая смотреть Лиз в глаза.

+3

5

Никогда, никогда это не должно было кончиться. Вот он, тот как мне нужен больше всего в этой жизни. Мой Дилан, единственный и не повторится. Самый, самый, самый лучший на свете. Нет ни кого во всем мире, кому я была бы так счастлива, как ему. Да и разве может кто-то быть? Нет, никогда. Он роднее мне любой родни.
Когда его забирали, я готова была вцепится ногтями в лица полицейских. Я готова была разорвать их и вырвать Дилана из того, что ему грозило за то, что он не делал. Нет, он торговал, но не в таких же масштабах. Я всегда знала, что его подставили. Даже помогала деньги собрать, как могла. Сбегала и передавала то, что накопила. Но дело шло так плохо и медленно, что казалось - его срок будет вечностью.
Так почему его выпустили?
Я отмахнулась на аптекаршу.
- Это мой брат, мисс Браун! Я не видела его вечность!  Помните, я говорила про Дилана - это он. Мой любимый братик!
Радость переполняла меня и я суетливо помогала Дилану собрать все, что валялось на полу, лишь бы он снова обнял меня. Сейчас его объятья мне нужны были больше всего на свете. Все остальное, кроме него я уже не видела и не слышала. Да и разве есть остальной мир, когда самый дорогой человек рядом. Взять его за руку, такую большую и уверенную. Обнять и уткнуться носом в его шею. И больше ничего не надо.
- Если хорошо будет, то и одного хватит, махнула я рукой, не обращая уже ни какого внимания на тесты. Мне не было ни какого дела до всего, что я думала до этого. На всех несчастных детей этого города мне было совершенно наплевать прямо сейчас. Только Дилан.
- Пока, мисс Браун. - махнула я продавщице, вешаясь на руку Дилана, боясь, что если я отпущу, то он исчезнет. Словно это все же сон, который показывает мне просто мои самые большие мечты.
- Ты откинулся или что? Или это под залог? Где деньги нашел? Или у тебя условием теперь? - я должна была знать все это. Это же жизненно важная информация, важнее которой только то, что я.. - Я так скучала по тебе, Ди. Я места себе не находила с момента, как ты сел. Ди, кто тебя подставил? Ты узнал? Я вернусь домой и придушу его. Для тебя. Кто бы ни был этот уебок он не достоин жить! Ди, скажи мне хоть что-то.
Я так и висела на его руке, заваливая Дилана вопросами, но я чувствовала что, что-то не так. Словно его что-то тяготит.
- Ди, хочешь я покажу в каком я теперь доме живу? Помнишь у нас богатенький район? Вот я теперь в таких, ты прикинь.

+2

6

Пока я выходил на улицу, меня догнал ответ Лиз: «Если хорошо будет, то и одного хватит». Ну да, тут не поспорю даже. Если одного хватит, то это будет хорошо. Замечательно, блять, будет, просто охуительно! Просто словами не передать. Хотелось завыть, громко, протяжно.
Лиз этого не замечала. Она засыпала меня вопросами, вцепившись в мою руку. Двойственные чувства. С одной стороны, мне хотелось отгрызть эту руку и убежать за горизонт, а с другой – забросить её на плечо и убежать за тот же горизонт. А Хорёк всё выдавала и выдавала вопросы со скоростью пулемёта. Я подкурил от первой сигареты вторую.
- Меня выпустили, Хорёк. Отсидка закончена. Ребята день и ночь рыли землю носами и нашли этих ублюдков, а заодно набрали денег на приличного адвоката. Он меня освободил, как пальцами щёлкнул, да еще и предъявил иск суду и копам за ошибочное обвинение. Представил меня невинным ангелом в белых одеждах, да так, что пару бабёнок в зале разрыдалось. В итоге дожал их, и они мне отвалили нехилую компенсацию. Половину я обналичил сразу, оставил их своим, а вторая часть дойдет чуть попозже, мне надо будет вернуться и забрать остаток, заодно подписать какие-то бумаги, типа, что претензий больше не имею. Ну и раздать долги ребятам. А подставил меня Рикки со своими шестерками, приличная часть из них пошла греть нары вместо меня. И Рикки на меня сейчас немного в обиде, - я перевел дыхание и искоса посмотрел на Лиз, которая все еще висела на моей руке, вцепившись в неё, как коала в дерево, и, не удержавшись, легонько потрепал её по волосам, но быстро отдернул ладонь. Было ощущение, будто я не имею права больше к ней прикасаться.
- Я тоже по тебе скучал. Искал тебя два дня, а потом Патрик отдал мне твою записку. Доехал до дома твоего дяди, а там уже отправили сюда. Я хотел… - в горле застряло «забрать тебя с собой», так и не покинув рта. Я закашлялся.
Хотелось узнать про её парня. Хотелось, и одновременно не хотелось. Пока я не знаю точно, я балансирую на тонкой грани, где он вроде бы и есть, но как бесплотный призрак, моя догадка, моя навязчивая идея. На этой грани у меня стопроцентные шансы и одновременно ни единого шанса на победу. Если все хорошо, то это один вопрос. Но хочу ли я услышать, что у неё есть парень, у них все прекрасно, ведь теперь у них есть пачка гондонов и две пачки тестов на беременность, а если понадобится только один, то это совсем замечательно. Но, оставаться на этой грани бесконечно нельзя, рано или поздно мне придется свалиться в какую-то сторону. Вот как раз и новый вопрос подоспел от Лиз.
- Богатенький район? Это здорово. Хорёк заслуживает самого лучшего, - затушил сигарету о подошву кроссовка, долго, вкручивая до самого фильтра и обжигаясь об кусочки тлеющей бумаги. Долго целился, чтобы кинуть в урну, стоящую на смешном расстоянии от нас. В общем, тянул время, как только мог.
- Конечно, пойдем, показывай. А твой парень не будет против, что ты поведешь меня к себе домой? Кстати, ты не рассказывала мне про своего отца, он правда епископ? Интересная у тебя родня подобралась: дядя - священник, отец – епископ, – будто испугавшись своего вопроса, я пытался будто забить его другими словами, отвлекая внимание девушки, уводя её все дальше и дальше от скользкой темы.

+3

7

Мой запал кончился. Все было не в порядке. Как-то не правильно. Он так говорил, словно не рад, что вышел. Словно не рад, что приехал и вовсе не по мне. Сердце сжималось и хотелось наорать на Дилана, избить его, только бы перестал так хмурится, словно случилось что-то страшное. Я же знаю его, я вижу и чувствую. Не уже ли что то Хоуп или Руа? Или с ним самим что-то случилось, кроме радостных новостей, что он мне таким унылым голосом рассказывал. Или это он из-за Рикки? Ну так мы справимся. Теперь, когда копы считают Дила чистым уж с Рикки мы точно справимся. Мы ведь. Я и Дил, как всегда. Мы - семья. И у нас все будет хорошо теперь.
Эти мысли с жалобной истеричностью неслись в моей голове, требуя ответов и подтверждений, а Дилан все тянул. И тут он сказал. Не прямо, но догадаться было не сложно. Идиот. Гребаный идиот!
Все было просто. Он увидел презики и все за меня додумал. Дебил!
Я отцепилась от него, ощущая такую обиду и гнев, какую я и на отца не выплёскивала. Этот дебил, самый дорогой мне и знающий меня, подумал, что я пока его нет в шлюху превратилась!
Мой кулак сам сжался и  даже не заметила, как врезала Дилу по щеке. Со всей силы, так что у самой рука заболела. А нехрен про меня такое думать!
- Да, как ты...! Иди к черту, Дил!
Слезы выступили на глазах, так обидно было, что он мог обо мне такое подумать. Сколько раз я говорила ему, что если когда нибудь я соглашусь быть с мужчиной, то он будет самым любимым и это будет уж точно не раньше совершеннолетия. Из-за каких-то жалких презиков и тестов! Вещам он верит больше, чем мне!
- Как ты мог такое подумать, Дил!? Блять! Блять! Я так ждала тебя, а ты оказывается ехал к шлюхе! Я держу своё слово!
Обидно, мерзко, больно, зло. Он же знает, как для меня это важно! И все равно, он сделал такие выводы!
- Заебись мой папаша. Шлюшку малолетнюю пригрел. Не может без них! И я видимо в своих родителей - последняя блять!
И самое фиговое, что я не могла ни обнять теперь того, чьи объятия меня всегда успокаивали, ни сбежать от него. Просто не шли ноги от него, так сильно нужен мне был мой Дил.

+2

8

Я уже развернулся, думая, что Лиз меня сейчас куда-то поведет, но она остановилась как вкопанная и рывком вырвала свою руку. Еще секунду назад она смотрела на меня с детским обожанием, но сейчас её лицо было перекошено гримасой злости. Она начала кричать, не обращая, на внимание случайных прохожих, а потом в воздухе мелькнул кулак, и моя щека взорвалась болью. Умеет бить. Даже здесь Лиз отличается от других девушек. Что бы я мог получить в стандартной ситуации: шлепок ладонь, «Ах, нахал», и предобморочное закатывание глаз.
Шлюха, шлюха, ехал к шлюхе…О чем она? Зачем? Бледное от гнева лицо, слёзы из глаз. Она стоит передо мной, такая маленькая, такая хрупкая и от неё за версту пахнет обидой и болью. Я знал, что Лиз, насмотревшись на похождения своей мамы, одним из последствий которых была сама Лиз, дала себе обещание, что никогда не будет спать с кем попало, только с по-настоящему любимым человеком, и больше ни с кем и никогда. Я хотел спокойно ответить, но что-то во мне сорвалось.
- Я ехал именно к тебе, к моему Хорьку, и я к нему и приехал! Я проехал чертову сотню километров, спросил добрый десяток людей, лишь бы найти тебя! Что я мог подумать? Да, я знаю, что ты будешь с только любимым мужчиной! Я и подумал, что ты нашла единственного для тебя человека! И я был бы рад за тебя, что ты счастлива. Счастлива не от секса, а от того, что с тобой рядом человек, которого ты любишь, и который любит тебя!
Я перевел дыхание, сглотнул. Девушка всё еще стояла напряженная и готовая рвануть в любой момент. Шагнул к ней. Бережено отвел её волосы, взял её лицо в свои руки и поднял ей голову, чтобы посмотреть ей в глаза.
- Балда... Как тебе вообще пришло в голову, что я мог о тебе такое подумать… Ты же мой Хорёк, я тебя еще с зеленых соплей знаю, - я обнял её, прижал к себе и погладил успокаивающе по вздрагивающей спине. Какая была худая, такая и осталась. Внезапная мысль вспыхнула неоновой табличкой, с одним-единственным словом, которое заставило меня улыбнуться. Огромный камень сорвался и покатился, оставляя вместо себя ощущение лёгкости и желания расправить плечи. «Свободна!»
Я выпрямился и улыбнулся Лиззи.
- Хватит ругаться! Пойдем, ты хотела показать мне дом. А с вашей собакой я уже познакомился, офигенная псина, - я тянул её за руку, увлекая прочь за тротуару, и болтал, болтал, будто заслонку сорвало. – Слушай, у меня осталось две тысячи евро, а я так торопился, что даже не подумал купить подарок тебе, пойдем, купим прямо сейчас? И посидим где-нибудь, а я тебе все расскажу, и ты мне расскажешь. У твоего дядюшки Ноа, такая забавная соседка, я еле от нее вырвался.
Если до этого я болтал, от страха, то сейчас это одно огромное облегчение. Мне хотелось идти и идти, говорить и говорить, смотреть, как она смеется над моими похождениями, или переживает, трогательно вздернув брови и нахмурившись. Всё еще впереди.

+2

9

Что он говорит, что он делает? Почему он смотрит на меня так... жалобно? Ну уж нет, не так на меня должен Дилан смотреть, когда я ему рожу бью! Но он смотрел и говорил, а я так и не смогла больше пошевелиться, пока он не закончил. Только слезы вытирала, словно мне снова шесть. Смотрит тут на меня, идиот. Как же я скучала, а он про меня всякого надумал. Откуда у меня единственный? Зачем он мне? Словно мне нервов не достаточно истрепали в жизни, еще какого-то хмыря любить.
- Нет у меня ни кого! Нахрена он мне сдался! Мне тут к папаше привыкать приходится, а ты еще про какого-то хмыря надумал! Да если бы я и влюбилась, думаешь, что я не придумала бы тебе, как на зону передать!? Да я бы первым делом тебе сказала об этом! Ты же знаешь, как для меня это важно! А ты - самый близкий мне! Идиота кусок! А еще старшим называется!
Я все же врезала ему еще раз, только уже в бок. Бесит же, такими заявлениями! Да еще и обниматься лезет, пока я злая!
Но как же я по нему соскучилась! Мой Дилан! И я заревела еще больше, но уже не только от обиды. Как же я чертовски соскучилась по нему. Почему мне ни кто не сказал, что заседание будет? Ублюдки. Так бы и изметелила каждого за такое, говнюки мелки. Встречу, каждого изобью. Еще раз, но уже едва заметно я ткнула Дилана в бок, прижимаясь к нему и размазывая следы туши на его футболке. Надо будет забрать у него и постирать. Едва ли научился за это время нормально стирать вещи. И постричь его надо. А то лохматый, как пес.
- Черт тебя дери, я же скучала. Я о тебе все это время думала, как ты там. Нафига мне какя-то любовь? От нее одни проблемы! Не пойдем мы домой. Я хочу куда угодно, только не туда. Там пахнет сучкой, которая за папашей моим бегает. Рыжая такая, мелкая. Не та, которая собака, а другая. Девка. Нахуй их. Но я тебя не простила. Еще раз напридумываешь обо мне неизвестно что, и я тебя отметелю так, что пожалеешь, что сам учил. Понял?
Я не захотела идти куда-то в нормальное место и мы, как обычно, забрели в дешевую забегаловку, где всем всегда на тебя насрать. Идеально место, чтобы говорить с тем, кто действительно важен. Ни кто не станет трогать тебя, ни кому ты не станешь мешать, даже если просидишь до закрытия. Всем просто похуй.
- Скажи, - уже успокоившись под его болтовню, я посмотрела на Дилана. - С тобой там точно все было нормально?

Отредактировано Elisabeth Magee (2017-09-13 21:40:05)

+2

10

От любви одни проблемы, говоришь? Ну это кому как, мне вот только она и помогала держаться эти три года. Но вслух это говорить, я конечно же не буду. Вместо этого я просто притянул на ходу одной рукой Лиз к себе и взлохматил ей волосы.
- Я тоже скучал.
Мы зашли в какую-то забегаловку, из тех, где официантки вечно жуют жвачку и наливают кофе с таким видом, будто они только что были на приеме у королевы, а теперь вынуждены выполнять здесь прихоти каких-то холопов. Но все равно, я был до чертиков рад находиться здесь, слушать трескотню Лиз и ждать свой заказ. Оказывается, я уже давно забыл, как это – быть на свободе. Хотя мне и казалось, что тюрьма никак не повлияла на меня, видимо, это было не так.
- Рыжая сучка? А я вроде видел белую… – рассеяно спросил я, рассматривая ламинированную картонку меню, по которой от души повозили мокрой грязной тряпкой. –А, всё, понял. Странно, я всегда думал, что священники в принципе не могут заниматься сексом. Хотя я особо не разбираюсь в этих религиозных делах.
Мои размышления вслух прервала подошедшая официантка с блокнотом, готовая принять заказ. Я молча ткнул пальцем в названия блюд и передал меню Лиз, чтобы она сделала то же самое. Официантка недовольно закатила глаза к небу, почиркала в блокноте и удалилась, покачивая бедрами с такой силой, что непонятно было, как она при этом умудряется устоять на каблуках. Я с усмешкой проводил её взглядом и повернулся к Лиз.
- Тут все такие пафосные? – насмешливо спросил я и тут же перевел разговор на другую тему, отвечая на её вопрос. – Тюрьма, в принципе, мало похожа на курорт. Но и мало чем отличалась от нашей уличной жизни. Просто там мальчики постарше, ну и соответственно понтов у них побольше. Куча всяких законов, несоблюдение карается пером под ребро. Но, как видишь, я живой и невредимый. Так что и там можно жить. Может ты удивишься, но там много реально интересных людей. А есть такие кадры, тебе бы точно понравились их байки. Зуб даю, ты хохотала бы до колик! За что там только не сидят. Например, один тип, кажется, его звали Чарльз. Да, именно так, он никому не позволял называть себя по-другому. Это была просто умора, смотреть, как он в столовой ел – заправлял за воротник салфетку, которую таскал с собой и оттопыривал мизинец. Чисто лорд за завтраком. Он сидел за ограбление магазина. Не знаю, как вообще грабеж у него сочетался с аристократией в его башке, но когда он наставил на кассира пистолет, она с перепугу выплеснула на него свой кофе, прямо на его пиджак. Он разозлился и отдал пиджак этой перепуганной тетке, с требованием почистить его за её счет, и оставил визитку, куда этот пиджак потом занести. Сама понимаешь, когда он пришел домой с полной сумкой бабла, то он даже распаковать её не успел. Кстати, он до сих пор считает, что кассир поступила «возмутительно невежливо». Еще один мужик пошел обчищать дом, и тут его прохватил жесткий понос. Его прямо с унитаза в этом доме тепленьким и взяли. В общем, веселое место. И к тому же кормили три раза в день, не приходилось жопу рвать, чтобы раздобыть себе пожрать. Так что, в каком-то смысле, мне было даже проще, чем вам.
Тут с громким стуком мне под нос сунули тарелку с едой и стакан пива.
- Детка, можно было бы и понежнее, - съязвил я, мельком взглянув на официантку. Она только фыркнула, так же грохнула тарелки перед Лиз и снова удалилась, зажав поднос под мышкой.
Я вцепился зубами в гамбургер. После трех лет безвкусного дерьма, он показался мне просто райской пищей.
- Хоть с обслуживанием у них беда, но еда здесь отменная! – воскликнул я, с набитым ртом. Потом сдобрил это огромным глотком пива. – Жизнь определенно налаживается. Осталось только найти себе какую-нибудь комнату в мотеле для начала. Но это все потом. А пока рассказывай ты. Откуда у тебя взялся папа, что за человек, чего там вокруг него за сучки. Надеюсь, он тебя не обижает?
Я устроился поудобнее, готовый слушать, не забывая при этом поглощать пищу.

+2

11

Он все говорил, а я, не отрываясь на него смотрела, прикидывая, как бы так его в порядок привести, чтобы кудри никуда не делись. Я так соскучилась по этому ощущению, когда можно было просто забраться руками в его волосы и успокаиваясь перебирать их. А голос стал мужественнее, глубже, что ли. Да и сам он тоже. Интересно, а на улице, со мной, он таким же был бы? Или это только там? К черту, все равно уже ничего не изменишь, а он на свободе. Все такой же глупый, напридумывает себе что попало обо мне, но зато тут.
И я все боялась проснуться и обнаружить, что его нет. Что он все еще там, среди этих ублюдков. И даже почти дернулась взять его за руку, но сучка притащила еду. Да нахуя мне еда, когда у меня Дилан проехал?! А вот он ел охотно, и я подвинула ему и свою порцию, не притрагиваясь даже к пиву. Нет, сегодня я хочу быть уверена, что это все правда. В этом странном месте, после всего, что случилось.  И даже не сразу поняла, что Дилан уже давно закончил свой рассказ и теперь ждал чего-то от меня.
- А ты на долго? - Этот вопрос интересовал меня больше всего. Разве можно о чем-то думать, если Дилан тут же свалит куда-нибудь и вернется еще не скоро. Но тогда я поеду с ним. Хватит уже этих расставаний. Нет. Я буду с ним теперь, что бы не случилось. Всю жизнь были и теперь буду. Пусть только какая сволочь попробует его у меня забрать. В клочья раздеру. - Какие тебя дальше планы?
И пока он не ответит мне на эти вопросы, я даже думать об остальном не могу. Если он сваливает, то я сейчас же бегу собирать вещи и плевать я хотела на папашу на его шлюх и вообще весь этот город. Кто они мне все? А вот Дилан - он мой. Даже если такой дурак, что после трех лет разлуки первыми делом довел меня до желания побить его до полусмерти. Да и побила бы, хоть уверенна была бы, что не сбежит, а там сама бы и выходила. Забота...

+2

12

Я сам не заметил, как уже начал постепенно подъедать с тарелки Лиз, в ожидании её ответа.
- Что-то я увлекся, прости. Ты разве не будешь? – спросил я, указывая на наполовину съеденное блюдо. Меня встретило молчание. Только сейчас я понял, что девушка была будто под гипнозом. Все это время, пока я рассказывал, она молчала и смотрела на меня, и сквозь меня одновременно, полностью погруженная в свои мысли. Я уже хотел помахать ей ладонью перед лицом, проверяя связь с внешним миром, но тут она словно вынырнула на поверхность и задала вопрос. Вообще не связанный с моим рассказом. Так вот, о чем она думала… Я пригладил волосы, а потом снова взлохматил их.
- Вообще, я собирался переночевать здесь и вернуться обратно. Нет, не насовсем! – торопливо добавил я, увидев, как она изменилась в лице. – Завтра мне надо уладить последние дела с бумагами, получить вторую половину компенсации. Я, кажется, говорил об этом. Заодно я отдам часть денег ребятам, все-таки они сильно потратились и помогли мне. Представляешь, приволокли адвоката аж из самого Дублина! Первую половину я отдал Пату, Хоуп и Руа. Сама знаешь, хрен знает, как они там живут с нашей мамашей. Деньги только им, она обойдется. Хотя Хоуп наверняка будет просить дать ей часть. Она единственная из нас, кто питает еще какие-то иллюзии на её счет. Ну так вот. Вся эта нуднятина займет дня три. Ну а потом, я вернусь сюда, к тебе. Что я, зря тебя искал, чтобы вот так посидеть с тобой в кафешке и отчалить? У меня огромные планы. Даже после раздачи долгов у меня останется… Останется… Примерно девять с половиной тысяч евро. Этого хватит, чтобы снять небольшую квартирку здесь. Устроюсь работать, не знаю, каким-нибудь там грузчиком, санитаром или еще кем. В таких городах часто недостаток чернорабочих. В этот раз постараюсь обойтись без криминала. Ну и в общем…
Я замялся, как школьник, пытающийся пригласить самую красивую девчонку в классе на выпускной бал. Вытер, внезапно вспотевшие руки, об джинсы, быстро сунул в рот еще пару полосок картошки, отпил пива, посмотрел, где официантка. В общем, тянул время, как мог. Да что же это такое? Аж самому за себя стыдно, честное слово.
- В общем, я хотел снять квартиру и забрать тебя к себе. Правда, в свете последних событий, у тебя появился отец… Ты только не бей меня снова, хорошо? Дай договорить. Я же не знаю, что это за человек, но думаю, что неплохой, раз не прогнал тебя. Если ты хочешь побыть в семье – я ничего не имею против и не уеду, просто найду квартиру поближе к тебе. Вспомни, многие из нас мечтали, хоть месяц…  Да кого там, хоть неделю, день пожить в нормальной семье, где не заливаются бухлом и любят своих детей. Как в книжках. Помнишь, я читал тебе такие книги, когда ты была маленькой? Ну а потом, может, я когда-нибудь скоплю на свой дом и заберу от матери Пата, Хоуп и Руа. Как тебе такой вариант?
Я сцепил руки замком перед собой и замер, в ожидании ответа. Господи, а люди же как-то жениться предлагают. Тут-то чуть нервы не треснули.

+2

13

"Нет" - я помотала головой, отказываясь от своей порции. Пусть ест, а я и так в последнее время хорошо живу. Совсем не это сейчас важно. А его ответ, который мне так нужен.
У меня все оборвалось, когда он сказал, что вернется. Если бы он не начал оправдываться, быстро, даже суетливо скорее, я бы избила его этим же подносом, что стоял перед ним. Как можно вот так приехать внезапно спустя три года и тут же говорить, что завтра же сваливает обратно?! Ему очень повезло, что он успел начать говорить куда быстрее, чем я это сделала. Нельзя, ну нельзя меньше чем за час успеть несколько раз заставить девушку испытывать на столько противоположные чувства друг за другом.
Три дня. Три дня его снова не будет, после того, как он только появился. Да я за эти три дня тронусь умом дома больше, чем за три года до этого. Но ведь это же только три дня. А если задержится, я сама приеду и вытащу его откуда угодно.
- Не оставляй деньги Хоуп. Эта дура догадается отдать все матери. Оставь ее долю Пату, пусть сам выделает.
Может это конечно моя собственная нелюбовь к его сестричке, но я ни когда не понимала, как он вообще доверяет ей. Она же дура наивная. А все хитрожопой быть пытается, только говнит по мелочи, а толку нет. Да еще и с мамкой своей носится, словно та и правда что-то хорошее ей в жизни сделала.
И планы на то, чем Дилан собрался заниматься и где жить мне понравились куда больше, чем его попытки распорядиться деньгами и я тут же выкинула мысли о деньгах из головы, обдумывая все, что Дилан сказал после них. Где я слышала чтобы кто-то требовался. А еще квартира. Я знала, что неподалеку от квартиры Эммы сдается что-то, но подойдет ли оно Дилану?
Я водила пальцем по столу, думала и ждала, когда Дилан договорит что-то, что он там начал. И продолжение речи стояло того, чтобы подождать.
- К себе? Ты хочешь, чтобы мы жили вместе? - Я даже вскрикнула, привлекая к нам не нужное внимание. А Дилан продолжал и я не смогла дождаться, когда он, наконец, замолчит и начала перебивать его сама. - Да я с радостью свалю от папаши. К черту его! Дил, ты же - самый близкий мне человек. Разве я мог остаться с этим козлом, когда у меня есть ты? У меня месяц остался и мы сможем валить вдвоем вообще куда угодно! Только мы! Дил и его маленькая сестренка.
А он все говорил про остальных, не важных людей, которые могут позаботиться о себе и сами. А кто позаботится обо мне, если он опять будет думать обо всем этом мире?
- Когда ты вернешься, мы вместе снимем квартиру, понял? А потом вместе свалим. Не хочу тут долго торчать.

+3

14

Ответ Лиз заставил меня просиять почище электрической лампочки. Да никаким рождественским эльфам, с их сраным Санта Клаусам не удавалось принести столько радости за одну секунду. В воодушевлении я хлопнул ладонью по столу.
- Значит, решено! Сегодня ночую в Килкенни, уезжаю и возвращаюсь через три дня. Хорёк, поручаю тебе, как почти что аборигену, прочесать сеть и подыскать какую-нибудь съемную хату по твоему вкусу. А заодно, может наткнешься на какое-нибудь объявление о работе. А уж когда я вернусь, то сам поговорю с твоим папашкой, о том что я забираю свою младшую сестренку на правах родственника, который её дольше знает.
Я одним глотком прикончил свое пиво и щелкнул пальцами, подзывая официантку. Она вальяжно подошла, все с той же рожей человека заебанного жизнью.
- Ещё пива и чизбургер.
Она презрительно вскинула бровь, и пробурчала что-то вроде: «Понаехало алкашей». Я медленно повернулся к ней.
- Куколка, сделай лицо попроще, я сюда не к тебе женихаться приехал. Тебя должно волновать, только чтобы «алкаш» был платежеспособен. А теперь вспомни, где находится кухня и как открывается пиво.
Девушка фыркнула так, что все лошади мира обзавидовались бы, и удалилась, хлопнув дверью кухни так, что со стены сорвалась и разбилась табличка «Если официант Вам не улыбается, то мы оплатим Вас заказ».
Я посмотрел на Лиз. Пару секунд прошло в молчании, а потом я не выдержал и расхохотался.
- А они здесь, похоже, работают за бесплатно. Бескорыстные ребята, однако.

+1

15

Чертов Кинсейл. Вот бы он сгорел со всем, что там есть. Кроме Патрика и Руа. Ну ладно, можно и Хоуп оставить. Она, конечно мерзкая мелкая сучка, но все равно сестра. У родных, говорят, так же бывает. Ненавидишь сучку, а она все равно родная же, и любишь, через ненависть. И только ради них Лиз и готова была опустить Дилана туда.
Но было кое что, что ее напрягало. Напрягало так сильно, что она хмурилась и хотела вцепиться пальцами в Дилана и ни куда его больше ни когда не отпускать. У нее было сильное ощущение, что случится что-то очень плохое, когда он уедет. К тому же, даже в тюрьме не было столько опасностей, ведь там у него не было давних врагов. А дома они есть. Дома его ждут и хотят мести.
А Дилан смеялся, словно в этом не было ничего такого и это еще больше вызывало желание плакать.
Но она только кивала на то, что он просил ее найти работу и жилье. Но разве она сможет что-то искать, пока не знает, сможет ли Дилан вернуться обратно, к ней, из этого чертовово места?
- Я тоже хочу пива. - Внезапно для себя произнесла Лиз. Она действительно его захотела. Может быть чтобы успокоить мысли, может еще из-за чего. Да и какая разница-то?
Но заказать ни кто ничего не успел. Внезапная СМС заставила Лиз почти подпрыгнуть и со злостью достать телефон, чтобы выключить уведомление. Она не хотела сегодня ни от кого ни каких сообщений. У нее был Дилан, который опять собирался уехать, далеко и словно бы навсегда.
Вот только Лиз снова чуть не подпрыгнула, правда в этот раз от радости. Она сунула телефон в карман, подхватила вещи и вскочила с места, хватая Дилана за руку.
- Раз мы сегодня едим бесплатно, то пошли отсюда. По дороге купим себе пива и.. А вот тут тебе все точно понравился. Мой гребанный папашка свалил нахрен из дома на несколько дней. Так что весь его большой дом на сегодня наш. Ты будешь ночевать не где-то в мотеле, а в нормальной кровати. Со мной.

+2

16

Да, новость Лиз выдала, мягко говоря, неожиданную. Я просиял, спешно вставая. Тем более, что Хорёк тащила меня за руку с силой маленького бульдозера.
- Ну вот, значит ты всё-таки мне покажешь свой дом. Будем ночевать вместе, как раньше.  Помнишь, как вы вчетвером зимой набились ко мне в кровать, а потом у неё дно отвалилось? – я продолжал смеяться.
Дорогу нам преградил охранник местной ресторации. Очень грозный. Очень. Особенно угрожающе выглядело пузо, которому было явно тесно в рамках рубашки и оно рвалось на свободу. Пуговицы держались молодцом, но мужик выглядел, как ветчина в сеточку. Так вот, этот холодец в авоське сейчас не давал нам выйти и откровенно бычил. Если собрать в кучу невнятное булькание, то становилось понятно, что он не доволен нашим стремлением пожрать нахаляву. А там подоспела и официантка. И я что-то не заметил у неё заказанного пива.
Она махала руками, как ветряная мельница и тоже, в целом, старалась издавать более-менее членораздельные звуки.
- Бен, они не заплатили, держи их!
Я молча отпустил руку Лиз, подошел к упавшей табличке, поднял её, и вручил опешившей официантке. После чего развернул её за плечи лицом к охраннику и постучал пальцем по надписи.
- Ещё вопросы?
Охранник побагровел до красивого фиолетового оттенка.
- Синди, сука ты эдакая! Ты опять хамила клиентам!
- Да пошел ты! Буду я еще всяким алкашам допу лизать, держи карман шире! – взвизгнула девушка, прицельно метая кусок пластика в толстяка, - А с тобой я вообще разведусь нахрен!
У-у-у-у, так они еще и семья… Я потянул Лиз за руку, и мы вышли на свежий воздух, а любящая семейка осталась выяснять отношения.
Я подкурил две сигареты по дороге и протянул одну Лиз.
- Ну что, пошли смотреть твои хоромы?
Пока мы шли, до меня начала доходить вся эта ситуация. Как там она сказала? «В нормальной кровати со мной»? Предложение заманчивое. Очень. Особенно для человека, который три года женщину видел только на картинках, а тут – раз – и в постель с любимой девушкой, в пустом доме. Ньюанс только один имеется. «Любимая» считает меня своим старшим братом. И ненавидит любые намеки на секс. А если у меня встанет, мне просто отрвут хер, заткнут мне в глотку, а потом еще и обидятся на меня. Час от часу не легче…

+1

17

Какая драма. Так и хотелось просто плюнуть в рожи обоим из этих двоих и просто свалить в закат, громко хохоча. Ну в самом деле, они тут свои скандалы переживали куда бездарнее, чем мои одноклассники изображали на сцене, пытаясь для школьного спектакля сыграть Гамлета.
К счастью, Дилан обошелся простым тыканьем рожи этой тупой суки в табличку и маханием ручкой всему этому бедламу. Ну и нахуй их, прогорят - не жалко. А у нас есть куда более приятное занятие - вечер один на один друг с другом. Не будь мы нами, можно было бы даже предположить, что у нас свидание. Но я - это я, а Дилан - это Дилан и встреча брата и сестры, пусть и названных, не может быть свиданием.
- Это не мои хоромы. Это дом отца.
Но, кажется, только для меня между этими двумя понятиями была разница, даже не смотря на то, что я называла этот дом "своим домом". Да, для меня все очень и очень сложно. И, наверное, легче и не станет, пока я не перееду жить к Дилану. Вот тогда все будет хорошо. В его доме я буду, наконец, на своем месте. Все будет именно так. Только он и я. Ну может его его братья и сестра, но они же вырастут и разъедутся в свои семьи, а мы останемся. И тогда мне снова не будет нужен ни кто, кроме него. Именно так все и должно быть. Только так.
Мы добрались до дома быстро, заскочив в магазин и затарившись всем самым необходимым - пивом и закуской в виде какой-то так себе пиццы.
- Привет, Эйф, - махнула я псу и больше не обращала на него внимание. Теперь все мое внимание было направлено только на Дилана. - Ты можешь осмотреть, пока я буду разогревать.
Я поцеловала Дилана в щеку и убежала на кухню. Сейчас мне хотелось сделать для него все, чтобы он почувствовал ощущение дома и заботы, чтобы он действительно понял, что он на свободе и все это время я ждала его так, как не ждал ни кто. Все это время я верила в него и мечтал о дне, когда он снова будет со мной. Так что мне нужно было это сделать. От волнения мне даже пришлось открыть окно, чтобы закурить. Пока Морриган не видит, ему не обязательно знать, что я опять курила в доме.
- Ну как тебе? - Улыбнулась я вернувшемуся Дилану, все так же сидя на подоконнике и дожидаясь, когда духовка сообщит о готовности писком. Чудо техники, я вам скажу. Те, что были в наших с Дилом домах в детстве, не то, чтобы пищать не умели, они даже работали-то через ебанный раз.

+1

18

Дома у Лиз, то есть, простите, у отца Лиз, мы тут же рассредоточились. Хорёк убежала на кухню, греметь посудой и шуршать коробкой от пиццы, я же, успел вытащить себе банку пива из упаковки и принялся осматривать комнату, в которой находился. Чувствовалось, что это логово холостяка, но чертовски уютное и спокойное. Большое количество всяких резных штук, спокойные тона. Эйф прибежал посмотреть на гостя, и я машинально поглаживал его по голове, неспешно пригубливая из банки. Пёс лупил хвостом что есть мочи, счастливо повизгивая. Почему-то меня очень обрадовало, что он признал меня за своего. Где-то я слышал, что животные чувствуют хороших и плохих людей. Может, для меня еще не все потеряно?
С кухни потянуло запахом разогревающейся пиццы, смешанного с запахом табака. Я просто не мог не посмотреть, что там творится.
Лиз, курила, высунувшись в открытое окно. Я сел рядом с ней на подоконник, тоже закурил и протянул ей свою банку пива.
- Замечательно. Хороший дом. Знаешь, когда в детстве мы мечтали, что вырастем и будем жить в нормальном хорошем доме, а не в тех разваливающихся халупах, именно такой дом я и представлял. Я чертовски рад, что у тебя сбылась наша мечта, – я обнял одной рукой Хорька и широко ей улыбнулся.
Весь лирический настрой сбил писк духовки. Я остановил Лиз, собиравшуюся уже направиться к плите и слез с подоконника. В конце концов, я тоже хочу помочь. Но помощник из меня так себе, честно вам скажу. Не справившись с прихватками, я всё-таки обжег ладонь о противень и чуть не выронил его. Но, справился, да. Пицца осталась в целости и сохранности, а я, матерясь сквозь зубы, поспешил к раковине поскорее сунуть покрасневшую ладонь под струю холодной воды. Помощничек, блять. Как из говна пуля.
- Что будем делать? – спросил я, вытирая саднящую руку о джинсы и вс еще разглядывая повзрослевшую Лиз. Она была… Непривычной. Уже не тот угловатый подросток, но еще не женщина.

+1

19

- Это его дом. Не мой. Я тут живу пока не исполнилось восемнадцать. А потом хотела свалить куда нибудь. Думала домой поехать, но... Ты сам знаешь.
Да, Дилан знает. Он знает лучше всех почему возвращаться домой - это дохлый номер, самоубийство и все в том же духе. Конечно, хочется повидать друзей, но уж лучше бы их выдернуть куда нибудь, чем ехать к ним самим. А теперь, когда Дилан был передо мной и это не казалось глюком, у меня появилось что-то вроде гребанной надежды, что все может получится даже лучше.
Я думала и не смотрела, что Дилан делает, а все так же курила в окно, пока он не вскрикнул. Ну и кто его просил лезть? Нет, сам вызвался, хотя давно мог бы запомнить, что из нас двоих готовить умею только я. Даже дома у них и то, в основном готовил всего Пат. Но нет, надо же полезть.
- Идиот! - Я вскочила со своего места, и бросилась в первую очередь к мойке, чтобы включить ледяную воду. И когда он решил, что держать руку там хватит, схватила ее сама и сунула обратно, грозно на него смотря. - Что делать? Для начала руку обрабатывать, идиотина! Еще раз на кухню полезешь - сама прибью!
Ну как можно быть таким не осторожным?
Я отпустила его руку, свои вытерла о какую-то тряпку и вышла из кухни. Отыскать аптечку оказалось не сложно, хотя до сих пор я даже там, в том доме, ей не пользовалась.
На кухню я вернулась уже с мазью.
- Садись. - Я устроилась напротив Дилана и осмотрела его руку. - Не сильно. Но болеть будет долго. Дурак.
Сейчас мне хотелось его обнять и избить примерно в равной степени. Слишком много эмоций от того, что он тут. Он того, что его рука в моих. Что я снова забочусь о нем. Это было как раз тем, чего мне так не хватало и я почти вцепилась в его руку, намазывая ожег мазью.
- Делать? Мне казалось, что мы собирались пожрать. А потом завалиться в кровать и рассказывать друг другу, как мы все это время жили.
Я закончила обрабатывать руку Дила и быстро организовала наш импровизированный ужин, который должен был теперь стать продолжением прошлого. Дилан явно проголодался от всех этих нервов, а мне всегда нравилось смотреть ,как он ест. Когда нибудь, когда ему будет пятьдесят, я обязательно откормлю его круглым, как кота, не смотря на весь его обмен веществ. А пока можно просто любоваться, попивая пиво и отдавая небольшие куски пиццы Эйфу.
- Тебя точно не обижали там? Не надо меня жалеть, я все пойму. Но я хочу знать как ты там без меня жил.

+2

20

Я подпер свободной рукой голову и как идиот улыбался, глядя на то, как Лиз тщательно обрабатывает мою пострадавшую ладонь.
- Да, дурак. Зато каков помощник, а! – я шутливо приосанился. Тем временем, Хорёк закончила с делами медицинскими и принялась накрывать на стол. Я, было, дернулся опять помочь, но она одарила меня таким взглядом, что пришлось прижать задницу покрепче к стулу. Надо же, вроде такая малявка, а взглядом можно железные балки пополам рассекать, как лазером.
Я пододвинул к себе кусок пиццы и посмотрел на девушку. Она не притронулась к еде и только наблюдала за мной.
- А ты опять не будешь? Когда повар не ест свою стряпню, это очень подозрительно, – я засмеялся и вцепился зубами в еду. – Ешь давай. Тёмное прошлое позади, теперь тебя уже не понадобится пропихивать в форточку, можешь позволить себе нажрать чуток.
Но, Хорька интересовало совсем другое. Ну как она не может понять, что сейчас мне совсем не хочется вспоминать, что было там, в Корке. Это было давно и неправда, это было в другом мире. Я сразу посерьезнел.
- Ну как сказать, не обижали… Пытались. Всякое бывало, все-таки это не детская площадка. И хлебала друг другу в кровь месили, и братались. Некоторых прямо там за стеной и прикопали. Провести там три года и не схлопотать по морде, или не поучаствовать в поножовщине – считай зазря съездил. Но как видишь, я жив-здоров, и даже цел. А вообще, там страшно скучно, правда. Вроде и живешь как на пороховой бочке, но привыкаешь. И страшно скучно, занять себя особо нечем. А без тебя я жил хреново. Мне тебя страшно не хватало. Вот. Знаешь, я так сразу даже и не соображу, что рассказать, поэтому – твоя очередь.

+1

21

- Это не моя стряпня. Так что... - С видом "ни каких гарантий" я пожала плечами. Вот когда останется в городе, тогда и буду снова готовить ему. А пока не заслужил. Нечего приехав, тут же меня бросать.
А вот за слова нажрать чуток я взяла кусок пиццы и насильно запихала его в рот Дилану, перепачкав свои руки. А нечего говорить мне про то, что я тощая. Была, есть и буду. Зато в магазин проще ходить. Взяла что под руку попалось и можно тикать, мерить не приходится, по-любому налезет.
В то, что темное прошлое закончилось, я так и смогла поверить за то время, пока я здесь. Сложно это делать, если не доверяешь тому, с кем живешь. Каждый день только одна мысль остается среди прочих меняющихся: скоро это кончится, скоро совершеннолетие, а за ним свобода и снова никакого отца. Приятная мысль, но почему-то очень грустная.
И когда Дил, прожевав снова заговорил, он снова говорил совсем не то, что я хотела. Правда, я и не знаю, чем же я хотела от него на самом деле услышать, кроме "я передумал и ни куда больше не поеду".
- Ничего страшного, но я убил пару человек. Ты не беспокойся. Дил, ты точно нарываешься. Знаешь, я теперь не такая слабая и все такая же верткая. Та что тебе со мной теперь не справиться, когда будешь получать за то, что о себе не заботишься. Понял? - Его слова, что без меня хреново, звучали как-то слишком искренне, что я даже смутилась и, конечно, наехала на него. Это лучше, чем при нем смущаться.
- У меня тоже ничего особенного. Живу себе. Тебя вот ждала. Думала, что как стану совершеннолетней, перееду в Корк, чтобы поближе к тебе быть. Навещать хоть. Работу думала найти. А тут Морриган предлагает учиться пойти. На педагога. Мелкотой заниматься. И раз ты теперь на свободе, может и правда пойду. - Я задумалась, уже не глядя на Дилана. Подтянула к себе коленки, устраиваясь на табуретке так, чтобы не свалиться. - Дядя Ноа забрал меня тогда, чтобы в систему не попала. Он хорошим был, тихим. Только слишком набожным, аж до тошноты. Как и папаша мой. Прикинь, вся моя родня - сплошные священники. Так вот он из-за этого матери аборт и не дал сделать. А вот заставить ее меня нормально растить так и не смог. Говорил, что хотел, но она сбежала и меня прихватила. Говорил, что если бы ему оставила, то он бы сам растил меня. Но что-то мне не верится. А потом, когда нашел ее, обо мне уже старушка заботилась. Ну он и решил, что раз так, то все не так уж плохо. А то, что подохла она быстро, он как-то не подумал. В общем я пробыла у него пока, и он не помер. Где-то полгода назад. Перед смертью об отце рассказал. Сказал кто такой, где живет и как найти. Сказал, что не мог раньше о нем говорить, потому что его бы посадили. Мамке моей шестнадцать было, когда они потрахались. Прикинь, я приехала сюда, а он мне говорит, что не трахал никого, тем более малолетку. Что вообще не помнит моей матери и ничего подобного и быть не может. Ну не мудак ли? Трахнул и забыл, словно похрен ему. В общем тест сделали, признал, теперь вот отрабатывает за все. Только я все равно уеду отсюда, как только восемнадцать будет. И больше не увидит он меня. Не заслужил.
Я болтала, чувствуя, что уже не могу остановиться, а если остановлюсь, то заплачу. А я не могу этого сделать. Так что, в конце своей речи я просто злобно рычала на каждом слове. Злиться лучше, чем плакать. От этого больше пользы.

+3

22

Сначала я не понял, о чем ведет речь Хорёк, но через минуту до меня дошло, и я рассмеялся, чуть не подавившись недожеванной пиццей.
- Нет, Лиз, я никого не убивал. Несколько раз отхватил по роже и по ребрам, навалял в ответ. До лазарета дело доходило, врать не буду. Но замочить я никого не успел. Знаешь, к диллерам там вообще двойственное отношение. С одной стороны, их там не жалуют, но если можешь раздобыть дозу – уважения сразу прибавляется. Ребята не раз помогали мне в этом. Я знаю, что тебе это никогда не нравилось. Но теперь я завязал с этим дерьмом, Богом клянусь, Хорёк. Теперь только честные способы заработка.
Я подпер подбородок рукой, изредка прихлёбывая из банки и слушая рассказ девушки.
- Да уж, целый сериал… Но я рад, что ты смогла вырваться из нашей дыры, это уже неплохое начало, -я накрыл своей ладонью руку Лиз и ободряюще её сжал. У неё уже начали подозрительно поблескивать глаза, она с видимым усилие выдавливала из себя слова. Верный признак того, что она расстроилась и теперь храбрится изо всех сил. -  Мутная история с твоим папашей, ей-Богу. Но все равно, надо к нему присмотреться, что за тип. Всё-таки не выставил на улицу, мало ли, что у него в голове. Может и правда расчувствовался на старости лет, хрен его знает. И даже не заморачивайся, в случае чего – дернем отсюда, только нас и видели. Можно будет свалить в другой город.
Мне не нравилось просто так мечтать. Я привык действовать, и если о чем-то и задумывался, то сразу простраивал в голове подробный план. Так проще. Найти заработок, найти временное жилье, обдумать, куда можно слинять и заранее подготовить место к отходу. Но сначала, надо было покончить с прежней жизнью. Даже круглому дурака было видно, что Лиз не хочет, чтобы я уезжал. И я её понимал. После трех лет разлуки и долгих поисков, мне самому было страшно оставить её хоть на минуту одну. Казалось, что она исчезнет как дым, или начнётся долбанный конец света, опять растаскивая нас по разным концам неизвестности.
- Послушай, Хорёк… - немного подумав, начал я, тоном, не терпящим возражений. – Взять тебя сейчас с собой я не могу. Я без понятия, что сейчас может твориться в Кинсейле, и я не хочу подставлять тебя. Это не обсуждается. Ехать нужно обязательно, речь идет о крупной сумме, которая нам с тобой очень пригодится. Будем с тобой поддерживать связь на протяжении всей поездки. Чтобы ты знала, что со мной все в порядке, и чтобы я знал, что ты никуда не дернула без меня. Договорились? – я серьезно посмотрел на девушку. Иногда приходится вспоминать, что ты старший. Вернее так, изредка можно расслабиться и забыть. Но очень-очень редко.

+1

23

Испытала ли я облегчение, что он ни кого не убивал? Угу, а потом разу новая волна желания убить его чуть не накрыла меня, но я уже думала о том, что рассказывала. Если посмеет барыжить, я сама сдам его. Его и всех, кто с ним повязан окажется. Не хочу я так больше. Хватит и того, что уже было, теперь надо по-другому, хотя бы на сколько возможно. Так что, новый город - не такая уж плохая мысль. Плохая - возвращаться обратно, за деньгами или чем-то еще. Лучше бы сразу мелких увезти и точка. НО бросит ли Патрик свою мать? Маловероятно.
- Это не мутная история, а вполне обычная. Понимаешь, я могу представить как мать его соблазнила, тогда она еще не была такой потасканой, как при тебе. Я смутно помню ее еще красивой, даже аккуратно девушкой. Это как раз перед тем, как старушка померла. А потом она стала скатываться и все. Только знаешь, от этого все равно не легче. Он же все равно трахнул малолетку и свалил в закат. Убила бы. - Я все так же прижимала колени к груди, обдумывая все на свете, а главное - то, что мы сейчас обсуждали. Так много мыслей, так много чувств, так много всего для одного единственного дня. - Знаешь, мне похрену что он там чувствует от старости или нет. Меня волнует только одно - что касается нас с тобой. Остальные могут идти лесом. Ну может кроме Пата с Руа. И уж точно не переживания того, кого ни когда и рядом не было, когда было надо. Так что не надо становиться на его сторону, ничего хорошего из этого не выйдет. Нам надо решать то, что сейчас.
И Дилан решал, вот только совсем не так, как мне бы того хотелось. Он словно без меня решил, что все будет так, как он того хочет, а я должна просто принимать все как есть. Вот только я с этим не согласна.
- Отлично. Езжай. Только звонить мне не смей. Сегодня ты здесь и со мной. Сегодня я хочу засыпать в твоих объятиях. Но пока не вернешься снова, даже не смей мне звонить. Понял? Не хочу тебя ни видеть, ни слышать, пока не будешь здесь окончательно. Ясно? Попытаешь звонить - не буду брать трубку. Может хоть это заставит тебя не размусоливать, а сделать дело и быстро ко мне. И даже не думай, что сможешь меня переспорить.
Мур знает меня достаточно хорошо, чтобы понять, что я не шучу и не прикалываюсь. Я действительно так хочу. Я хочу, чтобы все было против его задержки там. И если я не могу помешать отъезду, то дам ему все поводы к тому, чтобы он торопился ко мне.

+2

24

- На него самого мне и самому похрену. Но мне не наплевать на тебя, поэтому мне нужно понять, насколько ему можно доверять. И что он может сделать, если ты сделаешь от него ноги. Мне в хер не уперлось кого-то выгораживать, мне важны его мотивы. Потому что обстряпать нужно всё грамотно с минимумом проблем.
Спорить с Лиз сейчас было себе дороже. Если она уперлась, то её уже не переубедить простыми словами. Всё что я мог сейчас – это хотя бы уговорить не пороть горячку. Лиз взрывная, но мозги у неё что надо. Хотя меня самого вся эта ситуация с внезапно появившимся папашей очень напрягала. Странно представить – к тебе приходит подросток, заявляет «Здрасти, я твоя дочь», и ты её тут же оставляешь. И заботишься о ней, что самое интересное. Либо ему было слишком одиноко, либо что-то задумал, либо он строит из себя хорошего человека. Ну или он и правда хороший человек.
Даже идиоту было бы видно, что Лиз разозлилась.
- Так, ну-ка слушайся меня! Я же старший и главный! – я сделал страшные глаза и рассмеялся. – Хорёк, не переживай. Я сделаю всё что нужно и бегом к тебе. Даже поссать не остановлюсь.
Я вылез из-за стола, сгрёб недовольную девушку в охапку и закинул её себе на плечо, беря свободной рукой упаковку с пивом, где тоскливо позвякивали оставшиеся банки.
- Итак, мне обещали нормальную кровать. Я страсть как хочу наконец вытянуться на нормальной чистой постели. Штурман Лиз, указывай путь.

+1


Вы здесь » Irish Republic » Настоящее время » Cherchez la femme