Irish Republic

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Irish Republic » Завершенные эпизоды » «Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?» 1 Кор 15:55


«Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?» 1 Кор 15:55

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png
«Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?» 1 Кор 15:55

Код:
<!--HTML--><center><iframe src="https://www.google.com/maps/embed?pb=!1m0!4v1507401798355!6m8!1m7!1sCAoSLEFGMVFpcE1DUmo0TnhLeDlwUnFSOVgwOEJGSVhFZ1UyalBvRWU2V3ZrQWtl!2m2!1d52.6488677!2d-7.2437884!3f11.697117873696868!4f0.9810414836693298!5f0.7820865974627469" width="500" height="250" frameborder="0" style="border:0" allowfullscreen></iframe></center>


http://images.vfl.ru/ii/1465680290/7d64ae6d/12992859.png

УЧАСТНИКИ
Эмма Миллиган и Келлах Морриган
ДАТА И МЕСТО
26.06.2017, день
парк Килкенни Касл
САММАРИ
О, смерть! как горько воспоминание о тебе для человека, который спокойно живет в своих владениях,
для человека, который ничем не озабочен и во всем счастлив и еще в силах принимать пищу.
Сир 41:1-2

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png

Отредактировано Ceallach Morrigan (2017-10-07 21:54:24)

+1

2

[AVA]http://kino.prim.land/wp-content/uploads/2016/01/Chloe-Grace-Moretz_Wicked-Little-Things_2006.jpg[/AVA]
[NIC]Emma Milligan[/NIC]
Что может пугать маленькую девочку больше всего? Монстры? Пф-ф-ф, увольте. Сначала от них помогает волшебный меч и фигурка супергероя, а потом они и вовсе становятся лучшими друзьями. Темнота? Темнота – это всего лишь отсутствие света.  А то, что там могут прятаться монстры… Так они все равно уже лучшие друзья. Появятся новые – подружимся и с ними. Лишние друзья лишними не бывают. Тогда что? Неизвестность. Когда ты мечешься от одного взрослого к другому, с жизненно важным вопросом, а они лишь говорят: «Ты ещё маленькая, подрастёшь - поймешь», и уходят по своим взрослым делам, совершенно позабыв о твоем существовании. А что остается тебе? Залезть в свое секретное место в шкафу, вместе с фиолетовой плюшевой крокозяброй, которую зовут Нуклид (еще одно слово, которое «вырастешь-поймешь», но страшно привлекательное), и, стараясь не плакать, жаловаться ему на тщетность бытия. Оно, конечно, понятно, что обязательно вырастешь, и тогда-то, всенепременно всё это поймешь. А пока не вырастешь, что делать? Мучаться каждый божий день от непонимания, или просто записывать в тетрадку все вопросы, в ожидании того дня, когда просыпаешься уже совсем взрослый, а в голове полное энциклопедическое собрание? В общем, тяжко быть шестилетней девочкой, даже если с тылов тебя поддерживает фиолетовый Нуклид, с полуоторванным глазом.
Когда погибла Бэкка, Эмма совершенно не понимала, что происходит. Нет, она знала, что есть такое слово «умерла». Но для неё это слово было совершенно пустым звуком. Единственное, что было понятно, что человек больше не дышит, и за это его закапывают. Значит и папа могут так закопать? И её саму? А вдруг закопают по ошибке? Папу спрашивать было бесполезно. Он только смотрел пустым стеклянным взглядом куда-то сквозь дочь, и повторял, что «Бэкки больше с нами нет». Так в чем проблема, откопай её, и она снова будет с нами! Бабушка говорила, что Бэкка сейчас в лучшем мире. А почему она туда поехала одна? Почему не взяла с собой Эмму и папу, она же говорила, что любит их! Но когда Эмма спросила это у бабушки, та заплакала и назвала внучку дурочкой и прибавила что-то про типун на языке. Девочка обиделась и больше её ни о чем не спрашивала. Единственный, кто подавал надежды, так это дядя Келлах, папин друг. Эмме он очень нравился, никогда не отказывался поиграть и поговорить с ней. Но в те дни у него было слишком много забот, чтобы остановиться и всё объяснить. «Она сейчас на небесах, позже поговорим», - вот все что он успел сказать ей. Да вы издеваетесь?! Её закопали в землю, какие небеса, как? Но, по крайней мере, «позже» - это раньше, чем «когда вырастешь».
Эмма всё хотела поговорить с дядей Келом, и уже даже договорилась заглянуть к нему в гости, как случилась новая неожиданность. И, к сожалению, речь не о внезапных подарках.
Однажды, когда в очередной раз Джонни уехал по своим делам, с Эммой сидела дочка отца Морригана, Лиз. Хотя она была достаточно резкой, но с ней было очень интересно и весело. Папа вернулся, и Лиз уже собирала вещи, чтобы идти домой, как в дверь позвонили. Еще раз позвонили. А потом начали стучать. Джонни распахнул дверь. На пороге стоял отец Стефан, которого Эмма видела несколько раз в церкви. Вид у него был более, чем взволнованный.
- Элизабет у Вас? – он взволнованно заглядывал за спину хозяина квартиры.
- Она здесь. Лиз! – крикнул Джонни в глубину комнат и повернулся обратно к нежданному гостю. – Да что случилось-то?
Отец Стефан только показал глазами на ребенка и что-то прошептал на ухо Миллигану. Тот кивнул и подозвал Эмму.
- Пожалуйста, сходи на кухню и сделай нам по чашке чая, хорошо, милая?
Эмма кивнула и унеслась воевать с чайником. Как гостеприимный человек, она решила добавить от себя вазочку с печеньем. Когда, пыхтя от натуги, она вытащила поднос в гостиную, стало ясно, что что-то не так. Все присутствующие были бледны, как полотно. Джонни взял чашку с чаем с подноса и протянул вторую священнику. Тот механически сделал глоток. Лиз молча подошла к окну, распахнула его и закурила, выпуская сигаретный дым на улицу. Затем папа поставил свою чашку на журнальный столик, принял поднос у Эммы и поставил его туда же. Он опустился на колени перед дочерью, и холодные и липкие мурашки пробежали по её спине, забираясь под маечку и заставляя её покрыться гусиной кожей. Именно такой взгляд, пустой, холодный, будто у пластиковой куклы, куда-то в никуда, был у него, когда он узнал, что Бэкка умерла.
- Эмма, тебе надо собраться как можно скорее. Возьми с собой побольше вещей для ночевки, я отвезу тебя к бабушке. Не знаю, сколько тебе придется от неё оставаться.
- Но я же недавно была у неё! Я хотела побыть с тобой! – жалобно протянула Эмма, внутренне понимая, что спорить и давить на жалость бесполезно
- Милая. Какие-то ублюдки напали на дядю Келла, и он сейчас в больнице. Я заберу тебя вечером, если получится. Но, возможно, мне придется остаться с Лиз, если, ей нужна будет поддержка и помощь. Я очень хочу забрать тебя вечером, милая. Дядя Келл сейчас без сознания. Поэтому, пожалуйста, давай соберемся поскорее, время сейчас очень важно, - Джонни поднялся, поцеловал дочь в затылок, и, кажется, тут же забыл про нее.
- Отец Стефан, как Вы и сказали, мы не можем взять Эмму с собой, но вам не обязательно ехать со мной. Я вызову такси, а потом подъеду сам.
Девочка медленно кивнула, а потом принялась искать сумку, которую еще даже не успела разобрать со своей предыдущей поездки к родственникам.
Дальше все происходило очень быстро. Отец Стефан и все еще молчащая Лиз спешно вызвали такси и уехали, а Джонни забросил дочь к своей матери, быстро обнял на прощание и тоже уехал.
- Пап, а что такое «без сознания»? – спросила Эмма, сидя в машине, когда они уже езали к бабушке.
- Это значит, что он очень крепко спит и не может проснуться. А может и не проснуться вовсе… - еле слышно добавил Джонни. Даже не сказал, а громко подумал, даже не поняв, что мысли вырвались наружу. Дальше они ехали в полнейшем молчании.
Его не было долго. Чертовски долго. Потом Келлах пришел в сознание, и Джонни начал появляться дома. Потом стало понятно, что Морриган медленно, но верно идет на поправку. Эмма иногда рисовала ему открытки, где желала выздоровления и просила больше так долго не спать, и один раз даже приложила к самодельному пожеланию небольшого плюшевого монстрика. В записке она написала, что его зовут Квантик, он любит картофельное пюре и мармеладных мишек и будет защищать дядю Келла от всяких плохих ублюдков, если они надумают снова сунуться. Папа добросовестно выполнял обязанности курьера. А потом началось лето.
Это был конец июня, когда мама Эби, школьной подружки Эммы, вывела обеих девчонок на прогулку в местный парк, Килкенни Касл. Они неплохо провели время, покидали мяч, перекусили сандвичами и сладкой ватой, и уже направлялись домой, когда Эмма увидела знакомое лицо. В тени дерева, на скамейке, сидел отец Морриган. Он был погружен в свои мысли, а у его ног крутился Эйф. Верный пес, который был здесь, не для того, чтобы носиться по мягкой траве за фрисби, как это делают другие безответственные собаки. Он был спутником, провожатым, помощником, и, если потребуется, защитником.
- Миссис Симмонс, простите, я не могу пойти с Вами, - выпалила Эмма, не отрывая взгляда от мужчины.
- Что значит, не можешь? Юная леди, что это за глупости? Я должна передать тебя твоему отцу, - женщина нервно поправила прическу.
- Вон там сидит друг моего папы, мистер Морриган, Вы должны его знать, он священник и он потом отведет меня к папе. До свидания! – последние фразы она уже прокричала на бегу. Взрывая траву кроссовками, она подбежала к отцу Морригану и затормозила, едва не налетев на Эйфа, который кинулся лизать её лицо.
- Дядя Келл, ты всё-таки проснулся до конца! И тебя не закопали! – Эмма обняла мужчину, который сейчас казался ей почти стариком в своей болезненной худобе и восковом оттенке кожи. То что врачи не дождутся, когда он проснется, и увезут его закапывать, девочка боялась больше всего.

Отредактировано Tilly Tail (2017-10-08 18:06:24)

+2

3

Тяжело. Ходить тяжело. Стоять тяжело. Сидеть тоже тяжело.
Какая-то странная изматывающая боль - как будто обломки железных прутов, которыми была пробита его плоть, до сих пор торчат из ладоней и ступней, не давая краям кожи сойтись и срастись. Иногда кажется - проведи рукой по воздуху, и он засвистит, прорываясь сквозь рану. Дурацкое и жуткое ощущение.
Вчера он вступал в новую должность. Торжественная воскресная месса, епископское облачение за месяц с момента хиротонии ставшее уже почти привычным, праздничный обед с прихожанами. И снова - некоторое количество людей, желающих приложиться к "святым ранам". Народ по-прежнему считает то, что они не заживают, необъяснимым чудом. Келлах же объясняет это "чудо" так - повисите на кресте после многочасового бичевания и прочих издевательств палача, а потом уже думайте о чудесности происхождения ран. Он считает, что ничего чудесного в незаживающих ранах нет, врачи с ним согласны, хотя и не могут особо-то объяснить, почему регенерация тканей не проходит как ей положено - одним стрессом этого не объяснить. Келлах же молится так, как привык - благодаря всегда и за всё, не прося исцеления, а только исполнения воли Бога.
Вчера он не смог долго погулять с Эйфином, но пёс, будто всё понимая, терпеливо ждал его сегодня всю утреннюю мессу, которая из-за проблем с передвижением новоявленного епископа длилась несколько дольше обычного. А теперь они сидели в парке: Келлах на скамье, старательно переводя сбившееся от усталости дыхание, а Эйфин - у его ног, на траве, внимательно осматриваясь вокруг как заправский охранник. Иногда, впрочем, пёс вздыхал и складывал большую голову на колени хозяина, и тогда Келлах осторожно касался пальцами его ушей, поглаживал по холке и чуть подталкивал его коленом, разрешая побегать самостоятельно.
Если сидеть не шевелясь, то можно даже вспомнить - как это, когда у тебя ничего не болит, когда нет жутких рубцов на спине и дыр в ладонях и ступнях, не дающих конечностям полноценно шевелиться. Если прикрыть глаза, то можно представить, как будто никто не смотрит на тебя с любопытством, потому что раны на руках ничем не перевязаны - так хуже, так много больнее, а врачи считают, что на свежем воздухе такие раны заживут лучше.
Эйфин срывается куда-то - Келлах даже не открывает глаз, чтобы проследить за псом, слишком уж удобная скамейка ему попалась и если не шевелиться, то действительно ничего не болит. Но через мгновение весёлый лай Эйфина, знакомый детский голос и неожиданные объятия вырывают его из того подобия умиротворения, в которое он погрузился.
- Здравствуй, милая, - старательно сдерживая гримасу боли, чуть было не скривившую его губы, постарался улыбнуться Келлах, кончиками пальцев касаясь волос Эммы и мягко приглаживая их. - Я тоже очень рад тебя видеть, - чуть усмехнулся, взглянув в её лицо. - Как твои дела?

+4

4

[AVA]http://kino.prim.land/wp-content/uploads/2016/01/Chloe-Grace-Moretz_Wicked-Little-Things_2006.jpg[/AVA]
[NIC]Emma Milligan[/NIC]
Эмма плюхнулась на скамейку, рядом с мужчиной, одновременно доставая из смешного рюкзака с мордочкой монстра из мультика, пачку печенья. Она вытащила одно и протянула его Эйфу. Пёсик принял угощение, радостно взвизгнул и бросился её «зацеловывать». Эмма обняла его за шею, и они оба сидели с абсолютно счастливыми выражениями… Ну, у кого лица, у кого морды. Девочка протянула другую печеньку отцу Морригану.
- Ой, у меня столько нового, столько хорошего! Во-первых, - она принялась загибать пальчики, - у меня начались каникулы. Во-вторых, я почти отличница, да! В-третьих, я теперь не какая-то там первоклашка, я теперь во втором классе. В-четвертых, я, оказывается, умею готовить! Целый пирог сделала и кучу бутербродов, папе понравилось. Ты если что хочешь, чтобы я приготовила, то говори, может я и это умею. В-пятых, я гуляла с папой, это прям вот самое главное! Представляешь, мы пускали змея! Огр-р-р-р-ромного, стр-р-р-р-рашного! Я его Варфоломеем назвала. Он теперь с нами живет.
Она с сомнением оглядела сжатый кулачок и наморщила лоб.
- Да, вроде всё.
Она поболтала ногами в воздухе и с интересом посмотрела на священника.
- Дядя Келл, а ты когда спал долго, ты как-будто умертый понарошку был? А что тебе снилось? Это же можно столько снов пересмотреть! А ты теперь наспался и больше спать никогда не будешь? А почему ты проснулся? Тебя принцесса поцеловала?
Взрослым никогда не дано понять, что творится в голове у маленьких детей, и откуда они берут все эти вопросы. Какие-то вопросы кажутся глупыми, какие-то очевидными. А какие-то и вовсе ставят в тупик. Но все эти вопросы крайне важны для детей. Как и важно было сейчас для Эммы наконец получить на все ответы. В конце концов, отец Морриган был для неё последней инстанцией. Человеком, который никогда не осмеёт, не скажет, что ей это рано знать, и не будет употреблять непонятных слов, чтобы казаться еще умнее. Собственно, за что он регулярно и расплачивался при встрече с Эммой. Она ждала ответов обо всём на свете, а параллельно у неё зрело еще пара миллионов вопросов.

+2

5

Эмма трещала без умолку, а Келлах смотрел на неё и наконец-то улыбался. Ему очень не хватало в последние месяцы такого вот лёгкого детского щебетания - ему вообще большую часть времени в том же Дублине пришлось провести с доброй сотней весьма немолодых мужчин. И теперь оказалось, что он страшно соскучился по своим подопечным из прихода.
- Каникулы, - почти мечтательно протянул Келлах, когда Эмма наконец-то сделала паузу в своей задорной трескотне. - Я уже почти забыл - каково это, когда у тебя заканчивается учёба и всё лето можно ничего не делать, а только гулять.. И ты очень большая умница, я вот никогда не был отличником в школе, - он почти виновато развёл руками и даже попытался пожать плечами. - Мне было скучно на уроках и я всё время пытался что-нибудь натворить. Знаешь, с последней парты очень здорово запускать бумажные самолётики, - он внезапно как будто спохватился и постарался сделать максимально серьёзное и строгое лицо, тут же добавляя: - Только ты так не делай, это очень отвлекает от узнавания чего-нибудь нового и стрррашно интересного.
Он ещё с очень серьёзным видом покивал в ответ на заявление о том, что мисс Миллиган теперь, видите ли, "не какая-то там первоклашка", а ещё с живым интересом порасспрашивал девочку о том, что за пирог она пекла и нельзя ли ему его когда-нибудь попробовать или научиться самому печь что-то подобное.
Вот только куча вопросов, которую вывалила на него Эмма спустя несколько минут после своего "отчёта", заставила его замолчать, погружаясь в свои мысли.
- Знаешь, девочка, - он снова осторожно коснулся кончиками пальцев волос Эммы, приглаживая их. - Врачи, которые меня лечили, говорили, что я почти взаправду умер, - лучшая тактика в разговоре с детьми - максимальная честность. Келлах знал, что только это с ними и срабатывает, а потому старался всегда быть честным. - Просто они успели меня спасти. Но, потому что я почти по-настоящему умер, мне пришлось долго спать. Ты ведь знаешь, что когда вдруг заболеешь - очень сильно хочется спать? Вот и я так же - очень сильно хотел спать. Так сильно, что никак не мог проснуться, - он осторожно прислонился спиной к спинке скамьи, вытягивая уставшие ноги и наблюдая как Эйфин, почувствовавший, что у хозяина есть хоть и небольшая, но компания, принялся носиться и валяться по траве.
- Если честно, я не помню, чтобы мне что-то снилось. А ещё я всё ещё иногда очень хочу спать, - он неосознанно попытался спрятать в рукава лёгкой куртки израненные руки. Вся эта постоянная боль страшно утомляла, и Келлах до сих пор чувствовал, что вечерами проваливается в сон абсолютно без сил - совсем не так, как раньше, когда он мог спать по два-три часа в сутки без особой угрозы для своего организма.
- Я думаю, принцессы заняты поисками принцев, а меня разбудил врач, - он очень убедительно закивал. - Он дал мне какие-то лекарства, от которых я почувствовал себя лучше, вот поэтому я и проснулся.

+2

6

http://s3.uploads.ru/Wk1LR.png

- Самолётики? – Эмма встрепенулась, - Ты научишь меня их складывать? Я пробовала, но они сразу падают. Обещаю, что на уроках ни-ни. Разве что на математике немножко. Она очень скучная и совсем мне не нравится. Это вообще какой-то нечестный урок.
После, девочка клятвенно заверила дядю Келла, что в скорейшем времени обязательно принесет ему все, что сможет приготовить, а потом проведет мастер-класс по выпечке пирогов. При условии, что у него есть крышка для миксера. «Это очень важно! – подчеркнула она, поднимая вверх палец и делая круглые и страшные глаза, - А то, знаешь, мы так и не смогли достать до того кусочка теста у Эби на потолке кухни. Надеюсь, что её мама не заметит, и он сам отлипнет».
А когда они подошли к самому главному, Эмма заметно забеспокоилась.
- Я знаю, это называется «кома», да? Я видела в сериале по телевизору. Там дяденька лежал весь в проводах и пищал. А когда начинал пищать по-другому, то его били током и он начинал пищать правильно. А потом узнали, что пока он пищал, у него родилась дочь, а потом узнали, что это дочь другого дяденьки, но я все равно ничего не поняла. Глупости какие-то. Но бабушке почему-то понравилось. Ты тоже так лежал? А как они узнали, что ты умер не взаправду, а не понарошку? Может и Бэкке можно было дать такое же лекарство?
Эмма осеклась и взволнованно огляделась. Достала еще печенье для Эйфа и смущенно потянула отца Морригана за рукав.
- Дядя Келл, ты обещал, что объяснишь про небеса и как туда попадают. Папа пробовал мне объяснить. Но ты знаешь, - она перешла на громкий шепот, каким обычно разговаривают дети, чтобы сообщить самую страшную тайну, которую будет слышно в радиусе доброй мили вокруг. – Мне кажется, что он сам точно не знает. Я предлагала отправить Бэкке письмо туда, наверх. Потому что бабушка говорит, что она оттуда на нас смотрит. И ты говорил. Но папа почему-то не захотел. Он такой грустный все время, а я не смогу ему помочь, пока всё-всё не пойму. А бабушка говорила, что ты разговариваешь с Богом. И я подумала, что может ты его сможешь уговорить что-нибудь придумать? Да и вообще, если ты немножко умирал, то ты-то уж точно наверняка знаешь, что там.
Девочка перевела дух и испытующе уставилась на падре. От волнения и важности поднятой темы, она болтала ногами втрое быстрее обычного, будто собиралась прямо сейчас соскочить со скамейки и поставить рекорд скорости.
[AVA]http://s0.uploads.ru/wCvI6.png[/AVA]
[NIC]Emma Milligan[/NIC]

+1

7

- Обязательно научу, - короткий кивок. Конечно научит - пообещал ведь, а детей обманывать нельзя. С детьми вообще нужно максимально откровенно разговаривать и вести себя. - Только немного попозже, когда у меня заживут руки, хорошо, девочка?
Он просто не может не улыбаться разговаривая с Эммой - вся его любовь к детям изливается на неё одну и уж ему-то никак не остановить этот поток. Она снова стрекочет - на этот раз про кому и сериалы, которые любят смотреть бабушки, кажется, вообще про всё на свете... Из этого потока иногда сложно вычленить главное, но Келлаху пока что удаётся, другое дело, что ему пока не хочется объяснять ребёнку разницу между клинической смертью и комой, а ещё то, что первое не обязательно влечёт за собой второе или вообще может закончиться смертью настоящей.
- Вроде того, Эмма, вроде того, - всё-таки отвечает он на её расспросы максимально уклончиво. - Только тот дяденька в сериале наверное не мог проснуться из-за того, что его организм сам не мог дышать или гонять кровь по венам, а я просто спал, восстанавливал силы, и мне давали лекарства, которые помогали мне эти силы накопить, - он чуть виновато пожал плечами. - Если бы я был врачом, то, наверное, лучше смог бы тебе всё это объяснить, а так... я могу рассказать только то, что чувствовал сам. И Бэкке, наверное, нельзя было помочь просто лекарством, милая, - он мягко касается пальцами её плеча, чуть приобнимая девочку. Он и сам хотел бы, чтобы от смерти в молодом возрасте были какие-нибудь лекарства. - Иначе ей бы обязательно помогли, обязательно бы спасли.
Эйфин аккуратно взял печенье из рук Эммы, с видимым удовольствием схрумкивая его и начиная мотать хвостом так, что он практически стал похож на вентилятор. А вопросам, кажется, не было конца. Но, хотя бы теперь они стали более приближенными к его "профессии".
- Я расскажу тебе то, что знаю сам, хорошо? И во что сам верю. Потому что, знаешь, здесь очень важно верить в то, что всё так и есть, - в церкви святого Каниса он преподавал катехизис детям - таким же как Эмма мальчишкам и девчонкам, чуть младше или чуть старше её. Но там было проще. Он просто рассказывал определённые положения и догматы наиболее простым языком, а дети потом задавали вопросы о том, что их интересовало. С Эммой ситуация, конечно, была совсем другая. - Часть людей в мире верит в Единого Бога. Их очень много на самом деле, этих людей. А ещё они верят в Его Сына, который пришёл к нам две тысячи лет назад, чтобы рассказать о самом важном и спасти всех нас. Сына, Иисуса Христа, ты могла видеть в церкви или у друзей дома - Он был распят на кресте за все грехи всех людей. Для того, чтобы каждый человек, если он в своей жизни старался быть добрым и любить людей, мог стать святым и попасть в Рай. А Рай - это такое место, где живёт Бог и все-все-все святые, - он чуть откинулся на спинку скамьи, устраивая спину поудобнее. - Так вот многие люди думают, что Рай и Бог находятся именно на небе, потому что художники в древности и в средние века рисовали святых на облаках - так было понятнее, что они поднялись над всем человечеством и грехами. На самом деле, Рай это не какое-то определённое место в небе. Рай заключается в том, что душа может общаться с Богом. А Бог - везде. Он всегда присутствует во всём мире. И все, кто умирает, когда-нибудь попадает к Нему. Если ты хочешь сказать что-то кому-то дорогому, то ты можешь просто попросить об этом Бога. И такая просьба будет называться молитвой.

+2

8

http://s3.uploads.ru/Wk1LR.png

Эмма слушала дядю Келла с огромнейшим интересом. Хотя многие семьи проводили воскресное  утро в церкви, слушая проповеди священников, Эмма никогда там не была. Убежденный атеист Джонни Миллиган не посещал такие места туда сам, ну, и соответственно не водил туда дочь. Конечно, если бы Эмма выразила желание зайти и посмотреть, то её бы отпустили без всяких вопросов. Всё-таки, Джонни был удивительным отцом, предоставляющим полную свободу выбора действий и интересов, если они не были опасными, конечно же. Но, дочь таких желаний не высказывала. Начинала учиться она в Британии, где уроков религии не было в принципе, поэтому при переводе в школу Килкенни, Джонни подписал бумаги об отказе посещения этих уроков. Единственные её познания в христианстве были основаны на рассказах бабушки. Но они носили скорее характер страшилок, вроде кары небесной и адских сковородах полных грешников. После таких рассказов, девочке часто снились кошмары, где её волокут к большущей сковороде, поставленной на костер, рогатые чертики, а Эмма упирается и вопит. Эти «пугалки» разительно отличались от того, что сейчас говорил ей епископ, и она была поражена, насколько это интересно. И не страшно. Единственное, что её смущало, так это то, что сначала он сказал, что он в это верит, значит это может быть заблуждением. А для Эммы это было крайне принципиально – знать точный ответ. Но с другой стороны, он говорил так уверенно, что практически не возникало сомнений, что отец Морриган знает это не понаслышке. Поэтому для себя она решила, что наверное, раз он верит, значит так оно и есть. Но оставалось еще много неясных моментов.
- Как это, за грехи?! – Эмма в сердцах стукнула кулачком по скамейке, - То есть, кто-то сделал плохо, а наказали его? Зачем они это сделали? Если он сын Бога, почему он позволил, чтобы его ребенка наказывали ни за что? Бабушка говорит, что если человека не наказать за проступок, то он не поймет, что он делал что-то неправильно и будет так делать дальше. Значит они и дальше будут делать плохое, раз наказали не их, а Иисуса! Какой в этом смысл? Получается, что он висит и за тех, из-за которых ты болел и спал? Но это же не он сделал, ты же говоришь, что он добрый! А их так и не накажут? Это несправедливо!
Лицо девочки скривилось, и по щеке поползла одинокая слезинка. Но Эмма решительно стерла её рукавом курточки и шмыгнула носом.
- А Рай? Значит после смерти люди туда не попадают? Они потом все живут вместе с Богом у него дома? Наверное, у него очень большой дом… Но бабушка говорила, что хорошие люди попадают в Рай после смерти. Значит она ошибается, и для этого совершенно не нужно ждать, пока умрешь? Но в Раю же должно быть хорошо? Раз ты можешь разговаривать с Богом, значит ты уже там. А когда ты болел, то тебе было плохо, значит ты не в Раю. Как это так, что ты там, но не там?
Девочка нахмурила брови, пошевелила губами, пытаясь сама понять эту сложную логическую цепочку, но решила перейти к самому главному.
- Значит, если я попрошу его передать что-то Бэкке, то он передаст? А желания он исполняет?
[AVA]http://s0.uploads.ru/wCvI6.png[/AVA]
[NIC]Emma Milligan[/NIC]

+1

9

- Знаешь, Эмма, если кого-то очень-очень сильно любишь, то можешь умереть за него, только чтобы этот кто-то жил счастливо, - он снова легко коснулся кончиками пальцев волос девочки. Всё тело болело, Келлаху казалось, что он смертельно устал, но уходить он не хотел. Он хотел объяснить, помочь Эмме разобраться с тем клубком из мыслей и эмоций, что царили в её голове. Некоторым детям дано понимание Священного Писания гораздо более глубокое, чем иным взрослым - это Келлах видел в терзающей его вопросами девчушке. - Так родители любят своих детей... Так Бог любит нас, людей, потому что все мы - Его дети. А Иисус - и есть сам Бог, который, как говорится в одной молитве, сошёл с Небес и воплотился человеком.
Морриган замолк ненадолго, пытаясь справиться с волнением, которое охватывало его всякий раз, когда он касался мыслями понимания Святой Троицы - основополагающего момента всего христианства и момента, вместе с тем, на первый взгляд совершенно непонятного. Он глубоко вздохнул, чуть сжал и разжал пальцы, стараясь как можно менее заметно сморщиться от боли, ударившей, казалось, по всем нервам разом. И заговорил.
- Понимаешь, Эмма, есть такое понятие в нашей вере, в вере христианской - Святая Троица. Это соединённые в одно Бог-Отец, Бог-Сын и Святой Дух, - совершенно внезапно ему на глаза попалась тонкая длинная ветка - видимо, Эйфин приволок её для того, чтобы поиграть. Келлах медленно наклонился, цепляя эту ветку непослушными пальцами, выпрямился и неторопливо начертил на земле кельтский узор трилистника - три изогнутых линии, перетекающих одна в другую и замыкающиеся в единое целое. - Они втроём составляют что-то вроде этого трилистника, - он аккуратно ткнул концом прута в самый центр рисунка. - Они всегда одно, но при этом каждый из Них - как-будто отдельный листок. Так вот Бог-Отец, желая спасти от грехов и от ада нас, людей, своих любимых детей, стал человеком, то есть родился здесь на земле. А родиться на земле он смог только благодаря действию Святого Духа.
Ему снова пришлось замолчать ненадолго, выпрямляясь и пытаясь справиться с болью, накатывающей волнами, мучающей его до темноты в глазах и тошноты, сдавливающей горло. Отдышавшись, Келлах снова продолжил:
- Бог пришёл на землю, чтобы не дать нам попасть в ад, но показать нам дорогу в Рай. Он был не наказан, но отдал свою жизнь за то, чтобы люди задумались о своей судьбе. Чтобы люди, глядя на Него, помнили, каким Он был человеком - примерным, любящим, помогающим Марии и Иосифу - Его земным родителям. Он показал, каким должен быть человек, стремящийся в Рай - справедливым, любящим. Господь хотел, чтобы люди вернулись к Нему, к общению с Ним. Поэтому Он был верен им до самого конца, поэтому Он отдал Свою жизнь для того, чтобы те, кто поверит в Его жертву, в Его желание спасти всех, смогли в конце концов прийти к Нему и быть с Ним в Раю. Он очень добрый, Эмма, и любящий. Просто люди часто забывают об этом.
Вопросы из юной мисс Миллиган сыпались как бобы из дырявого мешка - Келлах едва заметно улыбался, стараясь, чтобы его улыбка не становилась вымученной или похожей на гримасу боли. Ему было тяжело, но эту тяжесть вполне можно было перетерпеть - вопросы Эммы стоили того, чтобы вытерпеть всё, что сейчас мешало ему спокойно наслаждаться свежим воздухом и приятной компанией. Ему хотелось, чтобы она поняла всё, что он хочет рассказать ей. Поняла для самой себя, для того, чтобы быть ближе к тому Богу, который часто оказывается замаскирован за кучей стереотипов и неверных суждений. Ему хотелось, чтобы Эмма узнала настоящего Бога.
- Любой человек может попасть в Рай, если он в него верит, если он старался быть добрым человеком, - коротко кивнув Келлах протянул прут, которым рисовал, послушно сидящему рядом с ними Эйфину. - Некоторые люди говоря, что в Рай попадут только те, кто усердно молился, а я думаю, что это совсем не так. Потому что Бог не мог пожертвовать Собой ради всех людей, а потом не пустить кого-то из них к Себе. Все обязательно попадут в Рай, только, может быть, немного в разное время. Говорят, что даже самые плохие на земле люди тоже могут попасть туда, если искренне раскаются в своих грехах, если поймут, что творили злые дела. Но на самом деле, знаешь, всё ещё проще - в Рай попадает душа, а она - крохотная частичка Бога, только человек в жизни пачкает её грехами. Так вот после того как человек умирает, его душа стремится обратно к Богу, очищается от последствия своей земной жизни и попадает в Рай, - он, кажется, ни на одном катехизисе не говорил столько. Но сейчас из него лились не столько знания, полученные в семинарии, сколько внезапно осознанное понимание всего, о чём он должен был говорить и говорил во время проповедей от алтаря. Как будто Святой Дух вёл его и сейчас, не в храме среди свечей, а вот здесь, посреди парка, в компании девочки и собаки.
- Когда я болел, то болело моё тело, а не душа. Оно и сейчас болит, но душой я стремлюсь к Богу, поэтому я могу почувствовать Рай здесь, на земле. Когда я грешу - я отдаляюсь от Бога, но когда я раскаиваюсь в совершённых грехах, исправляю свои ошибки - я снова приближаюсь душой к Богу, а значит и к Раю, - улыбка снова чуть тронула его губы, ладонь мягко легла на светлую макушку девочки. - Он сделает всё, что ты попросишь. Выполнит все твои просьбы, если только они не будут противоречить Его замыслу - счастью всех людей на земле.

+2

10

http://s3.uploads.ru/Wk1LR.png

Эмма с интересом рассматривала рисунок на земле. Земляные крошки, не удержавшись на краях борозды, сделанной прутом, потихоньку осыпались внутрь, приводя загадочный символ в движение, отчего девочке казалось, что в этом есть какой-то глубокий смысл. Вот это бесконечное движение частичек того, что дядя Келл называет Богом, бесконечные незначительные изменения, которые когда-то, спустя много-много лет могут изменить этот рисунок полностью, оставив пробелы в четких линиях и их пересечениях.
- Значит Иисус сам себе папа? – спросила она, всё еще не отрывая взгляд от трилистника. – Я поняла. Люди верят только другим людям. Все остальное они объясняют, как захотят сами. И Бог отдал им частичку себя, чтобы говорить с ними по-настоящему. И те, кто увидели, как он страдает, чтобы оправдать и помочь им, совершенно незнакомым и чужим, наверное подумали, что раз чужой человек так за них беспокоится, то надо и правда поменяться. А те, кому было наплевать, так и остались плохими.
Она замолчала, переваривая внезапное осознание, не зная, верное оно или нет, и продолжила слушать епископа. Последующая его речь показалась ей страшно несправедливой.
- Это нечестно! – резко произнесла она, поворачивая возмущенную мордашку к собеседнику. – Молитва – это только слова, люди не всегда говорят, что думают! Вот например я. Иногда мы деремся с Эдди. Он дурак и постоянно задирает девчонок, но так, чтобы этого не видела учительница. И несколько раз я ему врезала. Ну чтобы прекращал эти свои глупости. И учительница заставила меня извиниться. То что я сказала ему «извини», совсем не значит, что я считаю, что поступила неправильно. Я потом еще раз ему заехала, - уже тише прибавила она, будучи не совсем уверенной, что ей за это не попадет. – Как же можно в Рай всех? И хороших и плохих? Душа ведь, это же тот же человек, только без мяса и скелета, это душа все это делала, а её значит в место для хороших? Это нечестно. Они там чего-то недодумали.
Эмма была возмущена до глубины души, как реагируют только дети на очевидную несправедливость. Взрослые обычно умеют находить тысячу причин, почему все происходит только так, а не иначе. А дети все еще пребывают в счастливом мире, где есть только белое и черное. И где плохих обязательно накажут. Новая информация привела в сумбур все четко простроенные категории, в так тщательно выверенной системе маленькой девочки. Но дальнейший разговор немного отвлек её от этой мысли, хотя Эмма мысленно пообещала себе, что непременно разберется в этом вопросе.
- Значит он ничего не сделает… - тоскливо вздохнула мисс Миллиган и, поймав вопросительный взгляд падре, поспешила пояснить. – Так не бывает, чтобы всем было хорошо. Вот если я попрошу какую-то  игрушку и мне её дадут, то кому-то она не достанется, он расстроится.  Вот и получается, что у меня счастье, а у другого от этого сплошное расстройство. Или знаешь, иногда так бывает, что один человек терпеть не может другого и огорчается, когда у этого другого всё хорошо. Даже если я попрошу мир во всем мире, это понравится не всем. Кто-то же любит устраивать все эти войны, иначе бы их не было,- девочка в задумчивости покусала нижнюю губу. – Наверное, Бэкку он все равно не вернет. Если всех оживлять, то наверное места не хватит. А если я попрошу, чтобы папа перестал пить и грустить, Бог сделает так, чтобы папа стал счастливым? Понимаешь, наверное я одна с этим не справлюсь…
Эмма немного расстроилась. Она, конечно, думала, что тут все непросто, но не думала, что настолько. Она притиснулась к дяде Келлу, в поиске поддержки и увидела разверстую рану на его ладони. Одними кончиками пальцев хотела прикоснуться к израненной руке, но, не донеся её пары миллиметров, повела ими в воздухе, будто пытаясь снять незримую паутину боли. После чего, покопавшись в недрах рюкзака – морда чудовища недовольно вспучивалась, над шарящим там кулачком, вытащила несколько пластырей, в ярких мультяшных мишках и протянула их мужчине.
- Держи. А то в ранку могут попасть всякие микробы, они болезни делают. Нам на уроке рассказывали. А ты их в Рай хочешь отправить за такое… - тихо проворчала она, имея в виду уже совсем не микробов.
[AVA]http://s0.uploads.ru/wCvI6.png[/AVA]
[NIC]Emma Milligan[/NIC]

Отредактировано Tilly Tail (2017-11-28 12:01:18)

+1

11

- Нет, девочка, - чуть более строго, чем все остальные свои слова, произнёс Келлах. - Молитва - это не просто слова, если идёт она от сердца. И она не должна быть просто словами, произнесёнными бездушно, бесчувственно, просто автоматически. Тогда это не молитва, тогда это просто слова. Как то твоё "извини", когда ты не считаешь правильным извиняться перед человеком, творящим несправедливость, - он замолчал на мгновение и вдруг тепло улыбнулся Эмме. - Плохо, что ты дерёшься с ним, - тут он даже протестующе взмахнул рукой, стараясь поскорее объяснить свою точку зрения, которая была несколько отличной от той, которую обычно продвигают взрослые. - Не потому что ты девочка и "девочки не должны драться", нет. Просто дело тут немного в другом. Говорят, есть праведный гнев. Это когда человек очень сильно реагирует на несправедливость по отношению к другим. Но иногда он становится просто гневом, а то и желанием мести, а это уже не очень хорошо. Бесполезно просто раз за разом бить человека, делающего плохие вещи, он от этого может только ещё сильнее озлобиться. Ведь может так быть, что ему просто грустно одному. Мальчишки часто просто не могут сказать, что они хотели бы общаться с девочками. Потому что все вокруг говорят, что это неправильно, и он сам считает себя неправильным и злится. А ведь проще всего выместить свою злобу на том, кто заставляет тебя чувствовать себя неправильным.
Келлах снова ненадолго замолчал, попытался выпрямить спину и чуть потянуться, чтобы расправить и размять затёкшие мышцы. Эйфин кружил вокруг скамьи, то и дело бухаясь на бок в траву и валяясь так, изображая что-то вроде белого коврика. Или возвращался к хозяину, запрыгивал на скамейку, пытался лизнуть то Келлаха, то Эмму в нос, словно чувствуя, что иногда их разговор заходит в совсем уж задумчиво-грустные дебри. В конце концов он улёгся головой на колени Келлаха и как-то по-человечьи свесил ногу с края скамьи, периодически сверкая тёмными глазами из-под бровей то на хозяина, то на девочку рядом с ним.
- Ты можешь сделать одну волшебную вещь, Эмма, - наконец продолжил свою мысль Морриган, задумчиво почёсывая пса за ушами. - Ты можешь изменить плохого человека к лучшему. Предложи Эдди помощь и дружбу - я уверен, он изменится. Пусть не сразу. Даже, я скажу тебе больше - это точно произойдёт не сразу, но если ты будешь настойчива и от чистого сердца добра к нему, то он обязательно начнёт меняться. Это будет твоей молитвой о спасении его души. Потому что молитва - это в первую очередь доброе намерение, а не слова. Ты поможешь самому Эдди выбрать правильный и добрый путь. Потому что он может быть такой задиристый от того, что делает совсем не то, чего требует на самом деле его душа, потому что она-то всегда хочет добра и мира. Люди просто часто её совсем не слушают. Знаешь же, что плохих людей часто называют бессовестными или бездушными? Именно поэтому, Эмма, именно поэтому..
И всё-таки Эмма была расстроена. Измучена мыслями о том, что происходит с отцом и как сделать так, чтобы ему стало хотя бы немного легче. И эти мысли заставляли сердце Келлаха сжиматься от жалости к такой маленькой девчонке, вынужденной решать такие проблемы, с которыми не каждый взрослый бы справился. Он вот не мог справиться. Не мог исправить ситуацию для самого Джонни, и это мучило его... Так как же всё это должно было мучить маленькое доброе сердце? Келлах явно не знал ответа на этот вопрос.
- Никто не хочет войны, девочка, - произнёс едва слышно. - Поверь мне, даже те, кто идёт в бой за какую-то идею, не хотят войны. Все люди хотят мира, только вот не всегда помнят о том, что для того, чтобы он наступил, нужно просто перестать воевать, - теперь-то он конечно это знал. Понимал гораздо лучше, чем тогда, много лет назад. Но и тогда он чувствовал это, но никак не мог для себя объяснить. - Все войны в мире от того, что люди привыкли отвечать ударом на удар вместо того, чтобы остановиться, подойти к тому, кто ударил, и сказать: "Давай дружить?" Для этого просто нужно быть смелым и сильным, просто поверить в то, что это сработает... Для каждого хорошего изменения в мире нужна смелость, терпение и любовь. Для того, чтобы грустный человек перестал таким быть, его нужно любить и заботиться о нём. Это трудно, но это хорошее дело, и если попросить Бога помочь в этом - Он обязательно даст много сил. Я молюсь за твоего папу и за тебя каждый день, Эмма. И ты тоже можешь просить Бога о том, чтобы он дал вам больше сил для того, чтобы вы могли быть счастливы.
Он замолчал, наблюдая, как Эмма копается в своём рюкзачке и удивлённо округлил глаза, когда она выудила из него пластыри. Он ведь совсем забыл о ранах на руках, о том, что ему приходится то и дело прятать свои руки в рукава пиджака или куртки, чтобы избежать любопытных, а то и брезгливых взглядов (раны, конечно, всё ещё выглядели не самым лучшим образом, порой даже ещё растрескивались по краям и сочились сукровицей или даже кровью). И тем удивительнее для него было то, что для Эммы они не были чем-то неприятным или устрашающим.
- Поможешь мне? - он неожиданно легко улыбнулся. - Я сам не смогу их заклеить - неудобно, - да и плевать, что врачи говорят о том, что на открытом воздухе у его ран больше шансов затянуться. Сейчас было важно совсем другое. - У тебя очень доброе сердце, Эмма, и когда-нибудь, я очень на это надеюсь, ты обязательно поймёшь и примешь, что Рай - для всех.

+2

12

http://s3.uploads.ru/Wk1LR.png

Эмма старательно залепляла раны епископа пластырем, высунув язык от усердия, тщательно следя, чтобы клейкая часть не попала на рану. Время, потраченное на отклеивание защитной полоски бумаги, позволило ей как следует обдумать все, что сказал ей мужчина. Всё-всё.
- Как же я с ним подружусь, если Эдди ненавидит всех девчонок и считает их слабачками? – она на всякий случай подула на ладонь дяди Келла, как всегда делала её бабушка, когда Эмма в очередной раз обдирала коленку об асфальт, и принялась за вторую руку. – Хотя… Я наверное поняла. Знаешь, я слышала, что папа Эдди бьёт его. А мамы у него нет, вступиться некому, а Эдди не может ответить папе. Наверное, поэтому он и бьет девчонок, потому что они слабее и не смогут защититься от него, как и он от папы. Ему наверное очень одиноко и больно, потому что с ним никто не хочет дружить. А так он не злой… Я видела, как он сажал обратно в гнездо выпавших птенцов. Совсем плохой человек так не будет делать… - она опять подула на ладонь. – Я так и сделаю! Подойду и скажу: «Давай дружить!» Хотя нет, наверное, он кинется или обсмеёт. Но я обязательно что-нибудь придумаю. Помощи, например, попрошу. Как думаешь, дядя Келл, это сработает?
Девочка в задумчивости заправила прядь волос за ухо.
- Значит Бог не как джинн? Он не сделает папу счастливым? Это как в истории про дяденьку, рыбу и удочку, да? Наверное, так даже лучше… Иначе люди бы совсем разленились, если бы всё, что они хотят, само бы появлялось.
В голове непрестанно крутились мысли, сталкиваясь одна с другой, слепляясь в один комок. Так много новой информации  за последний час, что её трудно было просто взять и понять разом. Хотя… Многие люди тысячелетиями думали над этими вопросами и не находили ответа, что уж взять с перво… простите, уже второклашки. Но тем не менее, Эмма была очень довольна. Пусть многое и оставалось непонятным, но и одновременно многое предстало перед ней совершенно в ином свете. Девочке очень понравилось это чувство, хотелось спрашивать еще и еще. Но она уже начала уставать. Хотя вопросов было еще у-у-у-у… Каждый ответ порождал, по меньшей мере, еще добрый десяток вопросов. Казалось, всей жизни не хватит, чтобы узнать всё. А Эмма торопилась, как торопятся все дети в познании мира.
Девочка прижалась лбом к руке Келлаха и проговорила куда-то в ткань рукава куртки.
- Дядя Келл… Я знаю, что ты сильный, ты же спас тогда папу. Почему ты в этот раз не побил этих дураков? Ты бы не болел тогда… - она высунула нос наружу, сверкнула любопытным глазом, и тут же спряталась обратно. – Или ты как Иисус, когда его распн… распин… распинывали, хотел, чтобы они сами поняли, что делают плохо, увидев, что тебе больно из-за них?
[AVA]http://s0.uploads.ru/wCvI6.png[/AVA]
[NIC]Emma Milligan[/NIC]

+1

13

- Обязательно сработает, - он снова улыбнулся Эмме. Если бы только у всех детей была возможность всегда быть такими добрыми и смелыми, сколько хорошего стало бы случаться в жизни. Дети могут изменить мир, если их направлять верно. - Попробуй пригласить его на какой-нибудь праздник не в школе. Если хочешь - вы могли бы прийти ко мне в собор в воскресенье, познакомиться с другими ребятами и пообщаться с ними. Вариантов много, на самом деле. Главное, не бояться их использовать, - Келлах даже неожиданно подмигнул Эмме. - В любом случае - ты всегда можешь обратиться ко мне, а уж вместе с тобой мы обязательно что-нибудь придумаем.
Он вытянул перед собой руки с заклеенными пластырем ранами, покрутил их так и эдак, словно оценивая полученный результат, улыбнулся ещё раз, оставшись, по всей видимости, страшно довольным этим самым результатом - яркие рисунки на пластыре словно закрывали не только сами раны, но и весь тот пережитый им самим ужас, о котором постоянно напоминала израненная плоть.
- Конечно, Он не исполняет желания как фея-крёстная, только сказав какое-то заклинание или взмахнув волшебной палочкой, - Келлах чуть качнул головой, пожал плечами заполнив этими действиями очередную короткую паузу. - Хотя, конечно, Он мог бы всё это сделать просто так. Но, знаешь, в Библии есть такая фраза "стучите, и вам откроют"... Знаешь, что она значит? - он коротко взглянул в лицо девочки и тут же сам ответил на свой вопрос. - Бог хочет, чтобы мы просили у него что-то так сильно, как хотим этого. И чем дольше и упорнее мы будем просить - тем Он вернее исполнит просьбу. Просто потому что увидит, что нам это действительно нужно так, что мы не устаём просить.
Всё было просто. Так просто, что где-то в самой глубине души, за грудиной и под рёбрами разворачивалось странное ощущение какой-то лёгкости и едва заметной саднящей боли, смешивалось в один невообразимый коктейль, заставляющий крепче сжимать зубы только чтобы не позволить ему вырваться наружу. Только вот следующий вопрос Эммы заставил его буквально застыть всем телом. Девочка ещё прижималась к нему, голова Эйфина лежала у него на коленях, а сам он не чувствовал ничего. Даже звуки будто внезапно исчезли из окружающего мира.
- Пойдём, я провожу тебя, - наконец-то выдавил он практически сквозь зубы - челюсти свело от странного ощущения будто со вспышками воспоминаний о виденном глазами возвращается в десятикратном размере то, что чувствовало его тело в тот момент. - Его распинали, - на автомате поправил он Эмму, поднимаясь со скамьи и старательно отводя глаза, чтобы она не смогла разглядеть всё, что огненными буквами горело на его лице. - Я хотел только жить, Эмма, - глубоко вздохнув негромко начал он. - Мне было очень больно и страшно, я не мог спасти себя сам... да и вряд ли хоть кто-то мог бы мне тогда помочь. Я думаю, что это и было чудом, которое я смог выпросить у Бога - остаться жить.
И вопреки всему пережитому - невыносимой боли и ужасу - Келлах понимал, осознавал именно сейчас, что для многого в его жизни этот момент стал решающим и, возможно, переломным. Его изрядно пошатнувшаяся в последнее время уверенность в верном осознании призвания снова держалась крепко и не допускала сомнений. Ни в чём.

+2


Вы здесь » Irish Republic » Завершенные эпизоды » «Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?» 1 Кор 15:55