Irish Republic

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Irish Republic » Прошлое и будущее » love to hate you


love to hate you

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png
LOVE TO HATE YOU

http://sh.uploads.ru/7kWIU.jpg http://sd.uploads.ru/Gxd2s.jpg http://s1.uploads.ru/iujew.jpg

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/7d64ae6d/12992859.png

УЧАСТНИКИ
Элвис и Патрик

ДАТА И МЕСТО
21 сентября, университет Килкенни

САММАРИ
Напряженно я искал в себе эти нужные мне слова,
эти чудесные, эти волшебные слова любви – слова, которые скажу,
которые обязан сейчас же сказать ей. Но слов этих во мне не было.
Будто на влюбленном опыте своём я убеждался в том, что красиво
говорить о любви может тот, в ком эта любовь ушла в воспоминания, –
что убедительно говорить о любви может тот, в ком она всколыхнула
чувственность, и что вовсе молчать о любви должен тот,
кому она поразила сердце.

Марк Агеев. Роман с кокаином

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png

Отредактировано Elvis Kane (2017-11-11 10:58:16)

+1

2

Martha Reeves and The Vandellas - Dancing in the Street

Словно порывистый ветер, Элвис широко распахнул двери и, вскрикнув, девушка с рыжими косичками осыпала его белыми листками. Уловив несколько ещё на лету, он сгрёб остальные с такой виртуозностью, что девушка была им враз очарована и что-то болтала морковными губами, но он уже спешил вперёд. Не глядя под ноги, Элвис ритмичной походкой шагал, сам не зная куда, и глазел по сторонам, пока не столкнулся с ещё одной прелестной особой, которую тут же поймал и прокружил в танце.
— Простите, где я могу найти мистера Макмэхона? — спросил, вынув один наушник, и особа, улыбаясь, предложила спросить во втором кабинете за углом.
— Только он, кажется… — ещё говорила она, когда Элвис, отвесив ей шутливый поклон, помчался дальше.
Остановившись у второго кабинета, он тщательно изучил придверную табличку и постучал в такт музыке, что играла в его наушниках. А после сразу вошёл.
Элвис не знал, как выглядит мистер Макмэхон, но представлял его как высокого крепкого старика со снежно-белыми волосами. Такой образ въелся в воображение, как только Куинни сказал, что мистер Макмэхон работает в университете Килкенни всю свою жизнь и всё там знает. И что он большой любитель отпустить парочку задиристых шуточек.
— Если пошутишь что-нибудь в ответ — не очень позорно — то сразу ему понравишься, — сказал Куинни.
На самом деле куратора на факультете Элвиса звали Брендоном Куинном, но никто не называл его так даже в лицо. Те, кого он ещё не совсем достал, звали его Брендоном, остальные — попросту Куинни, и этих было гораздо больше первых. Ибо кураторствовал он с усердием и дотошностью Гермионы Грейнджер — все студенты первого курса музыкального факультета в свой первый же день наравне с расписанием и прочими формальностями знакомились с Куинни и видели его отныне каждый божий день. В первую же неделю он припирался домой ко всем своим студентам, чтобы познакомиться с роднёй, оценить обстановку и что-то там поотмечать на своей планшетке с прикреплённым ворохом бумаг, которую всегда таскал с собой. Уже со второй недели он брался за организацию культ-массовых мероприятий и моральное воспитание своих подопечных. И если ещё на первом курсе его энергичность и энтузиазм студентов примерно совпадали по уровню, то уже ко второму энтузиазм начинал спадать, и от Куинни терялись, едва завидев его издали. Элвис, впрочем, снисходительно его терпел, словно маленького ребёнка, который любит колотить половником по кастрюле. Куинни, разумеется этим пользовался. И едва только Элвис успел влиться в новое расписание учебного года, как куратор уже сообщил ему, что в Килкенни (Ты ведь живёшь в Килкенни, Элвис?) будет прослушивание для молодых музыкантов (И почему бы тебе не узнать об этом поподробнее у мистера Макмэхона?).
— Я сообщу ему, что ты зайдёшь. Но он меня не очень любит, так что постарайся его очаровать.
— Не сумел удачно пошутить? — не сдержался Элвис, и Куинни посмотрел на него своим фирменным взглядом «я сейчас умру, как это смешно».
Элвис согласился, поскольку участие в прослушивании ему действительно было интересно. И вот он заявился в университет Килкенни, где вскоре всё пошло совсем не так, как он планировал.
Началось всё с такого самого момента, когда Элвис шагнул в кабинет и так и остался стоять у двери, успев вынуть из ушей только один наушник. В кабинете он увидел не высокого крепкого старика с белыми волосами — к нему повернулся совсем другой человек, и даже если бы это был сам Иисус Христос, Элвис не оторопел бы так, как сейчас.
Когда он впервые увидел этого парня в автошколе около двух недель назад, то сам не заметил, как примагнитился взглядом, и очнулся, только облившись кипятком, который полез уже поверх кружки. С тех пор он видел парня ещё несколько раз, и как бы усиленно ни пытался продолжать работать, ловил себя на том, что снова и снова переводит взгляд и продолжает глазеть. Он не знал имени парня и даже его голос слышал только издали, из своей мастерской, а все попытки придумать причину, чтобы продефилировать где-то поблизости, казались безнадёжно глупыми.
И вот Элвис лицом к лицу, глаза в глаза столкнулся с человеком, за которым уже вторую неделю наблюдал, не зная, как завести разговор. Сердце его разом грянуло марш, а перед глазами поплыли слепые круги, он вытаращился, не зная, что делать.
— Мистер Мак…мамэхон?.. — выдавил он из себя.

Отредактировано Elvis Kane (2017-11-11 10:16:54)

0

3

В чужой обстановке Патрик чувствовал себя неуютно. Старик МакМэхон славился в Килкенни своей любовью к нестандартным шуточкам и идеальному порядку. Все в кабинете было педантично разложено по своим местам, даже пыль, казалось, стеснялась опускаться на массивный письменный стол из темного дерева, сразу же вылетая в распахнутое окно. За те 20 минут, что Патрик провел в комнате, он так и не смог найти себе места. Устроиться в широком кресле, где обычно сидел МакМэхон не позволяло уважение к старому преподавателю. Садиться на диван, предназначенный для студентов, было глупо.
«Какого черта я вообще здесь делаю» - думал мужчина, глядя в окно на шумную компанию, устроившуюся с учебниками прямо на зеленом газоне. – «Мой законный выходной. Самое время пить пиво в баре у Роберта и обсуждать вчерашний футбол».
Если бы не тот факт, что МакМэхон угробил на него практически полгода своей жизни, помогая влиться в систему кураторства, Патрик ни за что бы не согласился подменить старика.
- Где я и где музыка? – Отбивался он от старшего друга.
- Ты в Килкенни, музыка в Килкенни. Ты прекрасно справишься, Рик. – Отвечал МакМэхон, собирая чемодан для поездки на очередной симпозиум. – Отдашь пареньку документы, поможешь заполнить анкету. Я же не прошу тебя написать пятую симфонию.
Изначально было понятно, что победы в этом споре Патрику не видать, как своих ушей. Поэтому он довольно быстро сдался, согласившись отложить свои дела и помочь очередному «великому дарованию» попасть на прослушивание.
Сейчас, стоя у окна, со сложенными на груди руками, мужчина снова ощущал себя студентом-первокурсником. Папка с необходимыми бумагами лежала на столе, Патрик быстро пробежал глазами по документам, чтобы войти в курс дела и на том успокоился. МакМэхон вернется через несколько дней и поможет парню подготовиться к прослушиванию, так что надо просто отдать документы и можно будет свалить домой, попить пива у Роберта, сходить в мастерскую.
Дверь распахнулась, возвращая Патрика в реальность. Влетевший в кабинет парень, вдруг резко остановился и затих на полуслове. Юное дарование было таким юным и аккуратным, словно недавно фотографировалось для стенда «Лучший студент года». Таких аккуратистов Патрик еще в школе на дух не переносил. Все они, как на подбор, были жуткими снобами и маменькиными сынками.
«Зашибись, конфетка» - подумал мужчина, но вслух сказал другое.
- Мистер Берк. Мистер МакМэхон уехал на симпозиум и попросил меня ввести вас в курс дела. –  Он смотрел на парня, пытаясь понять, почему его лицо кажется знакомым, но в голове не было ни одной ассоциации. – В этой папке вы найдете все необходимое. Посмотрите. – Он толкнул папку на другой конец стола и снова отошел к окну. – Скажите, если вам в чем-то нужна помощь.

+1

4

Музыка всё ещё звучала в одном ухе, но теперь к ней прибавились головокружение и сердечные басы, и всё это так гремело внутри Элвиса, что он, кажется, не все фразы расслышал и даже по губам прочесть не успел — слова быстро заканчивались, а вот губы оставались на месте, как и все прочие детали, которые теперь можно было рассмотреть. То есть, конечно, нельзя было, перестань таращиться, Элвис! Он закрыл рот, который был всё ещё открыт, и шагнул навстречу.
Мистер Бёрк, значит. Этого было так мало. А имя? А можно… руку пожать? Ну пожалуйста.
— Я… — промычал было Элвис, но понял, что сам себя не слышит, спохватился, быстро выдернул наушник и, спутав со вторым, поспешно убрал в карман, где желал плеер. Вокруг вдруг воцарилась полная тишина, только сердце Элвиса стучало на весь кабинет.
— Извините.
Он потёр ладони об олимпийку и сделал ещё один шаг ближе, мешкаясь, словно ребёнок. Кабинет был таким маленьким, таким пустым. Элвис стоял тут наедине с этим парнем, всего лишь с самым красивым парнем из всех, что когда-либо встречал, и от этой мысли его бросало в жар. Он в любую минуту мог сболтнуть что-то глупое.
— Меня зовут Элвис, — сообщил, надеясь всё же на что-нибудь, но пришлось отступить, когда дошло, что мистер Бёрк уже всё сказал. Что он не будет пожимать Элвису руку, называть своего имени, приглашать на чай и к себе домой знакомиться с мамой.
На краю большого стола — совсем другом краю — лежала небрежно брошенная папка с документами о прослушивании, и Элвис наконец обратился к ней, чуть не забыв, зачем он вообще сюда явился. Лицо у него горело от волнения, будто он залпом осушил стакан крепкого пойла, и это очень мешало сосредоточиться на бумагах.
Он опустился на диванчик, приняв позу первоклашки, и уложил папку на сдвинутые коленки. Читать взялся прямо с первых листов. В них содержалась основная информация о прослушивании, его организаторах, его целях, членах жюри, губах мистера Бёрка, который стоял в этом самом кабинете в какой-то паре метров от Элвиса и дышал, кажется, весьма натянуто… Ах ты ж чёрт. Через пять минут Элвис понял, что ничего не читает, а просто таращится на текст. Он приложил ладонь к лицу, буквально чувствуя, как оно разрумянилось.
— Простите… мистер Бёрк? — Он поднял взгляд, оторвав его от бумаг, и в голове снова закружилась карусель. Совершенно машинально Элвис облизнул губы. — Здесь есть анкета, мне нужно заполнить её прямо сейчас? У вас не найдётся ручки? Пожалуйста.
На самом деле, у него была ручка, но на кой чёрт нужна своя ручка, когда есть чужой мистер Бёрк, которого нужно хоть как-то вытянуть на контакт, чтобы после не измучиться от досады, упустив такой везучий случай? Сама судьба велела Элвису быть в этом кабинете и чуть поумерить свою скромность. Но он ведь даже не знал, может ли мистеру Бёрку понравиться парень. Впрочем, отсутствие обручального кольца для себя уже отметил.
— Только тут нужно вписать, что я буду исполнять на прослушивании. Эм... Я думал, что мистер МакМэхон поможет мне с этим определиться. Мой куратор немного… не в курсе дела.
И почти умоляющие детские глаза уставились на мистера Бёрка снизу вверх. Ужасная, наглая, беспрецедентная ложь, Элвис. Немедленно забери свои слова обратно, выйди из кабинета и не позорься.
Он продолжал сидеть и хлопать ресницами, игнорируя всяческие позывы здравого разума.

+1

5

«Элвис… Надо же…» - Хмыкнул про себя Патрик. Он слушал и любил только одного Элвиса, а этот мальчишка…- «Надеюсь, он хотя бы поёт хорошо».
Погрузившись в свои мысли, мужчина не знал сколько времени прошло до того, как парень окликнул его.
- Ручка, должна быть где-то здесь. – Патрик огляделся, но ни на столе, ни на прилегающей к нему массивной тумбе подставки с письменными приборами не обнаружилось. Только именная ручка, полученная мистером МакМэхон на какой-то юбилей от коллег, гордо поблескивала золотыми гранями на свету. Пат наугад открыл один из ящиков письменного стола, тот был доверху напихан какими-то бумагами. В следующем обнаружился степлер и несколько скрепок, остальные были закрыты на ключ. – Вот, черт! – Мужчина выругался и полез во внутренний карман пиджака. Пришлось подойти ближе, чтобы протянуть студенту ярко-голубую ручку, украшенную серебристыми камешками.
- Вот, держи. Не беспокойся, пишет она синим. – Патрик неловко улыбнулся. – Я подписывал ей свой первый контракт. С тех пор таскаю на удачу. – Парнишка выглядел таким неуверенным и сбитым с толку, чем напомнил Пату о его первокурсниках. Элвис был не виноват, что судьба столкнула его с нетерпимым к ботаникам куратором, который больше всего хотел по-быстрому закончить встречу и свалить восвояси.
- Песню выбрать? – Берк присел на край стола, сложив руки на груди и уставился на собеседника. – Вы же в курсе, что я курирую технарей и просто должен передать вам документы? – Он уже собирался сказать: «Нет, разбирайся сам.» Но щенячий взгляд больших карих глаз, обрамленных пушистыми ресницами, вдруг напомнил о сестре. Маленькая хитрюга знала, что Патрик просто не может устоять, когда на него так смотрят, и бессовестно пользовалась этим, всегда добиваясь своего. Казалось бы, он должен злиться на сестру за ее проделки, но это были едва ли не самые теплые воспоминания из детства. Тогда он чувствовал себя любимым и важным. К тому же, профессор явно не обрадуется, если конкурсанта зарубят в самом начале. – Ладно, не надо здесь устраивать трагедию. Давайте сделаем так… Вечером встретимся, запишем выбранные вами песни, и я отправлю их старику… мистеру МакМэхону, по электронной почте. Он их послушает и скажет, что вам лучше выбрать на конкурс.

Отредактировано Patrick Burke (2017-11-30 20:16:36)

0


Вы здесь » Irish Republic » Прошлое и будущее » love to hate you