Irish Republic

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Irish Republic » Архив незавершенных эпизодов » А Сион говорил: «оставил меня Господь, и Бог мой забыл меня!» Ис 49:14


А Сион говорил: «оставил меня Господь, и Бог мой забыл меня!» Ис 49:14

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png
А Сион говорил: «оставил меня Господь, и Бог мой забыл меня!» Ис 49:14

http://tehne.com/assets/i/upload/event/nothern-ireland-murals-2015-10.jpg

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/7d64ae6d/12992859.png

УЧАСТНИКИ
Шейн Кэрриган, Келлах Морриган
ДАТА И МЕСТО
18.10.1996 г., пятница, паб, Белфаст
САММАРИ
Я говорил тебе во время благоденствия твоего;
  но ты сказал: «не послушаю».
Таково было поведение твое с самой юности твоей,
  что ты не слушал гласа Моего.
Всех пастырей твоих унесет ветер,
  и друзья твои пойдут в плен;
и тогда ты будешь постыжен
  и посрамлен за все злодеяния твои.
Иер 22:21-22

http://images.vfl.ru/ii/1465680290/2d3d0160/12992858.png

0

2

[AVA]http://i.piccy.info/i9/8d1f7889fa40569382684d647ca7dc21/1512324089/4685/1201987/ezgif_4_3ec95d6b4b.jpg[/AVA]
...все казалось нереальным.
Огни над стойкой, обилие зеленого, рыжего, белого, запах табака и дерева, пролитого пива и жареной картошки, мокрой шерсти и дождя, человеческий шум сквозь звон бокалов и музыку.
Шейн ощущал себя чужим здесь. Казалось, стоит ему зайти, и люди почуют, что от него несет кровью, порохом, ливанской пылью, станут отводить глаза через силу, прокатят шепоток по трезвеющим рядам, расступятся, пропуская его, словно героя - или прокаженного. Три дня назад он был в Бофорте, на зубах скрипел песок, а небыло было безжалостно-синим, не вымолишь и капли дождя, и вот, пожалуйста, Белфаст, и льет дождь, чего б ему не лить-то, в октябре, и людям плевать. У выхода его задел плечом какой-то парень - обернулся, вскидывая ладони - "прости, приятель!", и дальше по своим делам, и бармен смотрел на него со спокойным и вежливым дружелюбием, чего налить, друже, хочешь пива, хочешь виски, даже джин найдем, хотя с чего бы ирланду пить джин, когда он дома, хоть и загоревший, как черт?

Два месяца назад, лежа меж камней над дорогой между Айшийе и Райханом и глядя, как расцвечивают ночное небо ракетницы, Кэрриган мечтал об этом. Чтобы паб. Знакомые лица. Вкус пива, щекочущие нёбо пузырьки, привкус табака на губах, бессмысленные разговоры обо всем и ни о чем, бородатые шутки, смех, Господи, как же хотелось тогда просто оказаться дома. "Нажрусь, - думал он на изральском посту в Каркоме, помогая грузить черные мешки с останками из врагов (на этой войне не было ни британцев, ни американцев, официально - не было, но Хезболла была личным врагом их отряда вне зависимости от территориального расположения) на борт медицинской птички, - Приеду и буду пить неделю, не просыхая".
В итоге в отпуске Шейн был уже неделю, а ни разу так напиться и не получилось.
И не потому, что не пытался.

Кэрриган взял за стойкой сразу четыре пива, расплатился и пошел протискиваться сквозь толпу к дальнему столику, за которым его уже ждал Келлах. Он договорился о встрече еще как только приехал, но Келлах, как оказалось, теперь человек семейный, с ребенком и работой, так что выбираться на пару со своей валькирией в любое время ночи и любой день недели уже не может. Они не виделись около года, и Шейну, который понимал теперь чуть больше про терроризм, политику и средства борьбы за независимость, а также куда это может привести, было интересно - парень все еще шляется с ИРА, или уже нет? Учитывая недавные взрывы, любопытство было не совсем праздным.

Стаканы на стол, приветствие - проорать, иначе ж хрен что услышишь, обязательно - объятие, ведь если вы вместе давали просраться "чертовым протестантам", на пару получали по зубам, и блевали в одной подворотне - по меркам острова вы почти что братья. То есть почти все со всеми. Дом, милый дом. На протестантов Шейну было класть, но традиции, традиции-с - чтим.
Вместо "как ты?" - "здоровье!" - и немедленно выпить, а вот потом можно и поговорить, когда пустые стаканы будут отставлены, а новые подтянуты поближе.
- Как ты? - перекрикивая музыку, спросил Шейн, делая круговое движение пальцем напротив своего глаза, обозначая не то очки, не то круги под глазами у Келлаха, - Поспать хоть дают?

+1

3

Как ни странно, в городе, который полиция едва ли не несколько раз в день прочёсывает вдоль и поперёк, скрыться проще - под самым носом, практически не таясь, катаясь по округе всё на том же старом раздолбанном постоянными поездками фургоне, баранку которого раньше крутил Джо. А что? Он добропорядочный работник, признанный столяр и художественный резчик, прикладывающий свои руки там, где они только могут понадобиться - в любой церкви, мало-мальски облагодетельствованной епархиальной казной, рано или поздно происходит ремонт, во время которого нужно позаменять все поизносившиеся элементы. Быстрее всего и вернее всего изнашиваются элементы деревянные. Вот тебе и работа практически с утра до поздней ночи - знай себе строгай, выпиливай, вырезай, зашкуривай, мори и лакируй. Ко всему прочему, кроме морального удовлетворения от созерцания выходящей из-под рук красоты, всё это великолепие ещё и деньги приносит - очень важная вещь, когда у тебя дома беременная жена. Для всех, да и для тебя самого - жена, а для государства и церкви - никто, соседка по квартире. Впрочем, нельзя сказать, что Келлаха это не устраивало. Аврил он из-за этого любил не меньше. А уж после того, как узнал о будущем ребёнке и вовсе готов был на руках носить её круглосуточно.
- Дел всегда невпроворот, знаешь же, - рявкнул, перекрывая гул. Уж чего, а глотка у него всегда была лужёная, зря что ли в хоре церковном столько лет её тренировал - при надобности теперь мог одним мощным рявком канонаду перекрыть. Смеётся, пряча физиономию в очередной кружке с густой пеной. - Да и мне теперь не они спать не дают.
Это надо умудряться - по прежнему сидя по самую маковку в "деле" успевать любить, ждать ребёнка и радоваться элементарным моментам, составляющим семейное счастье. Целовать спящую любимую ранним утром, ещё в темноте в приоткрытые во сне губы. И едва сдерживаться от того, чтобы разбудить и всё-таки опоздать на работу, потому что невозможно оторваться от неё, ещё такой сонной, тёплой и расслабленной. А потом приползать вечером уставшим как бобик, притаскивая пару яблок и небольшой букет каких-нибудь цветов.
Если бы ещё на каждом углу не торчали английские свиньи... Об одном только Морриган сейчас жалел - что они больше не могут так, как раньше гонять англичан, выдавливая их со своего острова. Его дела большей частью ограничивались теперь только помощью повстанцам - достать взрывчатку, помочь скрутить механизм, отвезти почти готовое изделие с одной точки сборки на другую. А потом в тихом семейном кругу отпраздновать очередную крохотную победу, не привлекая к себе особого внимания.
Пока что так получалось.
- У тебя чего нового? Кому хвосты накручивал в этот раз?[AVA]http://se.uplds.ru/HC6B7.jpg[/AVA]

Отредактировано Ceallach Morrigan (2018-01-02 22:22:25)

+1

4

[AVA]http://i.piccy.info/i9/8d1f7889fa40569382684d647ca7dc21/1512324089/4685/1201987/ezgif_4_3ec95d6b4b.jpg[/AVA]
Ага. То есть не родилось ещё. Шейн помнил, что Келлах говорил, мол, папой стану, но когда - запамятовал. Видимо, ещё не. Скорее всего, спуталось в башке после рассказов сослуживцев, благодаря которым Шейн знал кучу проделок, особенности ухода, все заебы, которыми мамаши обожают грузить папаш, и, подозревал, что смог бы весьма убедительно сыграть родителя небольшого взвода детей от младенчества до совершеннолетия. Кто ж виноват, что сослуживцы обожают трепаться о своих отпрысках, а у Шейна хорошая память и медленно дохнущий актерский талант?
Впрочем, обзаводится собственным потомством желания у него не возникало. Уже сейчас он понимал, насколько говенное место этот мирок, и приводить сюда живое существо из эгоистичного стремления"оставить по себе след" он считал "слишком". Не, ну если сложится так, что дите появится - хрен уже с ним тогда, будет воспитывать, любить, кормить, подтирать жопу, сопли, слюни, давать денег на мороженое, аттракционы, сигареты и презервативы, что там в каком возрасте надо. Но желания завести и себе такое не вызывали ни самые умильные младенцы, ни даже самые последние модели радиоуправляемых машинок. Что, впрочем, не мешало улыбаться, слушая чужие истории.
Кэрриган подумывал спросить, а что же именно не дает приятелю спать, - или кто, и даже открыл рот, но... та ладно - захочет - скажет, не захочет - и не его дело.
- Как обычно - спасал мир, - отшутился Шейн, - Где именно - сказать не могу, сам понимаешь, секретность, подписка о неразглашении и всё такое, - в словах его, произнесенных с ироничной усмешкой, шутки было процентов пятьдесят. Мир-то они может быть и не спасали, но определенно делали его немного безопаснее (во всяком случае верить в это - было единственным вариантом сохранить свою крышу целой), а вот местоположение миссий и вправду было закрытой информацией не только для гражданских, но и для большинства таких же вояк как и он, так что оставалось только делать морду попроще и косить под джеймсбонда. Чтобы точно никто не подумал.

- ...у вас тут на днях фейерверк был, - заметил  мужчина, когда они закончили с той частью где праздный треп, погода, здоровье родни и цены на бензин, и подтянули к себе по второй кружке с пивом, - Ваш... праздник?
Шансов, что в переполненном шумном баре их подслушают и поймут, на самом деле было мало. Наверное даже меньше, чем в случае с кухней и разговорами шепотом.

Отредактировано Shane Carrigan (2018-01-03 13:49:25)

+1

5

- Мир спасать - похвальное дело, - Келлах даже почти рассмеялся, но внезапно прищурился, вглядываясь в лицо Шейна. - Главное, чтоб действительно мир, а не оттяпывать у одних территорию, чтобы с её помощью себе мошну наполнить, ааагаа, - злорадно протянув гласные, Морриган опрокинул себе в глотку остатки пива и потянулся за следующей кружкой. - У нас же, сам знаешь, многие любят сказать, что всё это, мол, для блага всех людей и мира во всём мире, попутно подстрекая одних ломать шеи другим ни за что.
Не то что бы Келлаха так уж заботило то, где там и на каком солнце так поджарился Кэрриган - при желании и должном усилии разума всё это можно было понять, - его, скорее, элементарно бесило положение и расстановка сил в современном мире. Ему не хотелось думать, что человек, сидящий с ним за одним столом, служит британской короне, хотя в другое время подобный факт вполне мог стать причиной продолжительного мордобоя, который совершенно точно закончился бы трелями полицейских свистков и быстрым бегом. Возможно, выстрелами. Возможно - решёткой. Келлах плохо себя контролировал последние несколько лет при встрече с ольстерской полицией, протестантами, не_ирландцами и ирландцами, продавшимися королеве.
К Кэрригану он, впрочем, относился довольно неоднозначно - то и дело срываясь на почти злобные высказывания о его службе, тем не менее с достаточно большим удовольствием встречался с ним при каждой возможности. Ну вот, как сегодня, например - товарищ вернулся живой, целый и даже загоревший - почему бы это дело не отметить в тесном кругу. Правда, некоторые разговоры Морриган предпочёл бы вести как можно дальше от крупных скоплений народа - никогда не знаешь, кто и где может услышать от тебя несущественную мелочь, которая поможет сложить какому-нибудь ольстерцу два и два и получить в кои-то веки четыре в результате. А их всех потом внезапно повяжут...
- Какой фейерверк? - прилепив на лицо как можно более непонимающее выражение, Келлах снова внимательно уставился на Шейна, изучая его физиономию взглядом поверх шапки пивной пены. Довольно выдохнул выцедив треть кружки и с грохотом опустив её на стол. - В Белфасте всё спокойно. Даже удивительно - никаких тебе облав, никакой резни. Англичане только катаются туда-сюда, будто новеньких подвезти собрались. Необстрелянных ещё. Просто чудеса да и только. Неплохой повод для праздника, я считаю.
В Типвэле Келлаха не было. И людей его тоже. Что, впрочем, не отменяло его участия в деле - бомбы собрать помогали, конечно же, они. Вот только говорить об этом Шейну - да хоть кому, в общем-то, - вряд ли стоило. Так что глухое непонимание темы разговора на лице было неплохой такой маской. Во всяком случае, Морриган о своём участии в таком деле особо не жалел - война есть война, он тоже на ней много кого потерял. Так что - одним солдатом больше, одним меньше - не велика беда.[AVA]http://se.uplds.ru/HC6B7.jpg[/AVA]

+1

6

[AVA]http://i.piccy.info/i9/8d1f7889fa40569382684d647ca7dc21/1512324089/4685/1201987/ezgif_4_3ec95d6b4b.jpg[/AVA]
Спасение мира, "зачем мы здесь", "ради чего мы воюем" и "для чего это все" не были любимыми темами подразделения Шейна, несмотря на то, что сам он такими вопросами периодически задавался. Без надрыва, без битья себя кулаком в грудь и пьяных слез. Так, отстраненно, философски, поумничать за чашкой кофе и сигаретой.
Мир на самом деле не нуждается в спасении - так считал Шейн. Разве что от человечества.
Во всех книгах и фильмах изменений жаждут "плохие парни". "Хорошие" как правило пытаются сохранить текущее положение вещей. В реальности же все немного иначе, и было бы глупым утверждать, будто бы он видит картину в полном обьеме.   
- Так было всегда, - усмехается Кэрриган, - Одни шли на войну с оружием в руках, возвращались калеками или не возвращались вовсе, другие имели с этого набитый кошель - а иногда, в итоге, и голову на пике. Что мы имеем с того, что воюем в стране, которая даже не имеет с нами общих границ, - он пожал плечами, - Обученные люди, потраченные на военную промышленность и содержание армии деньги, голос на мировой арене, это, типа, имидж. Это практически те же крестовые походы, что почти тысячу лет назад. Мы ходим к ним, чтоб они не пришли к нам, не обратили в свою веру наших... овец, не взяли в жены наших дочерей, не купили на деньги со своей нефти у нас дома, заводы и предприятия. Чтобы наш мир остался прежним, их мир не должен возродиться. Мы. Они. На этом противопоставлении человечество выросло и укрепилось, а "отъебитесь от нас" как национальная идея, пожалуй, только для Ирландии и работает, - он смеется, приподнимая кружку, - Не обращал внимания, что в большинстве фильмов "плохие парни" пытаются изменить существующий порядок вещей, а "хорошие" пытаются оставить все как есть? Чаще всего. Господи, если я попытаюсь поверить в теорию заговора - пристрели меня, пожалуйста, - Кэрриган качает головой, делает глоток.
Фейерверк. Ну да. Конспирация. А он и забыл уже почти, привыкнув делить людей по фенотипу.
Новенькое необстрелянное мясо.
Шейн, побывав на ротациях в не одной арабской стране, имел возможность ощутить себя этим самым "новым мясом", теперь мог взглянуть на ситуацию с обеих сторон.
Вот средний британский солдатик, лет, допустим, двадцати четырех, его уже поваляли в полигонном говнище, он уже даже своей и чужой кровушки нахлебался, ветераном себя считает, и вот его командование направило в мятежную провинцию, где террористы и радикалы, которые хотят что-то поменять, видите ли, взрывы взрывают, на шествия выходят, голодовки устраивают, безобразия нарушают, а порядок должен быть, так что иди, солдатик, защищай родину за границей.
А вот средний арабский Али-Баба, лет, допустим, двадцати шести, у которого дома Фатима на сносях, а тут какие-то христиане приперлись, с оружием сразу, и давай учить чуждым и непонятным вещам, свои порядки насаждать, чужаки, которые хотят что-то поменять, видите ли, и оружие ж, и дофига их, так что собирай-ка ты, Али-Баба, друзей, берите взрывчатку и взрывайте чужеземных солдат, пришедших с оружием в руках на вашу землю.

Отличия, конечно, есть. Но это детали.
Ни одна сторона не считает себя "плохими" парнями.
Каждая сторона считает, что за ними - правда и Бог.
Такой вот парадокс.
- Ну, после востока тут и вправду спокойно, - ухмыляется Шейн, - И даже солдат, как по мне, не так-то уж и много. Недолго и впрямь расслабить булки и забыть, где находишься, - он дергает ртом, будто сгоняя неуместную улыбку, смотрит в глаза - чуть насмешливо, чуть пьяно, но взгляд цепкий - и это тоже привычка.

+1

7

- Полагаю, если бы все от всех отъебались - наступила бы тишина, - Келлах хмыкнул, пожал плечами. Про тех, кто поворачивает его голову в нужную сторону в нужное время он прекрасно знал - они улыбались его матери за обедом в курии, тонко шутили, вели себя благочестиво... Поэтому он перестал появляться в курии. Только изредка, когда мать звала на ужин, приготовленный только для них и действительно их друзей. За лиловой и алой отделкой сутан он видел тех, кто мог бы остановить всё, добиться уступок короны, вернуть оттяпанную в самом начале века землю, объединить страну. И стало бы плевать - действительно плевать - кто из них католик, а кто протестант. Даже к англичанам народ стал бы терпимее - Келлах бы не просто уверен, он знал, что всё это возможно. Поэтому он из кожи вон лез, чтобы подтолкнуть эти лиловые макушки чуть дальше, чем к перемирию. Его бесил этот благочестивый вид, за которым, при огромных возможностях, не было желания помочь своему народу. Поэтому ему нужна была Аврил, которая могла бы помочь ему надавить на нужные рычаги "фейерверками" в нужных местах. Но он сам настоял на том, чтобы она не совалась в дело хотя бы пока не родит, а то и дольше. Потому и были все эпизоды, случившиеся в последнее время, больше зрелищными, чем приносящими реальный вред. Ну, разве что, Типвэл - там всё пошло не совсем по плану, потому и получилось то, что получилось. Келлаха это разозлило. Он тогда едва сдержался, чтобы не навешать оплеух исполнителям, но то, что сам он в операции участвовал только косвенно, его остановило. А ещё - внезапное осознание того, что всязлоба у него от бессилия.
- Я не сторонник убийств, знаешь? - снова усмехнувшись, Морриган вглядывается в лицо Шейна так же внимательно - да, он не военный, его не гоняли по полигонам вояки старше его рангом, его жизнь научила смотреть во все глаза, примечать мелочи и складывать из них цельную картину. - Морду начистить - запросто, беспредел какой-нибудь устроить... Сколько раз я вляпывался и отсиживал свои двенадцать часов в камере - знаешь? - он замолкает, прищуривается, словно ожидая ответа на свой вопрос. Не дожидается, конечно, фыркает, делает ещё один крупный глоток пива. - Вот и я со счёта сбился. Только убийства - это не моё, так что, давай как-нибудь сам в случае чего. Я на похоронах скажу, каким бы был замечательным другом, кем ты там ещё был - напиши мне речь заранее, а то боюсь запутаться в твоих положительных качествах, - хохочет, не сдержавшись, до повисающих на ресницах слёз. Утирает лицо, выдыхает, словно восстанавливая дыхание, и снова поднимает внимательный взгляд на Шейна. - А ты расслабь. Тут, вроде как, перемирие, - последнее слово он выплёвывает почти с ненавистью - все они знают, что за этим словом практически ничего нет, кроме выжидания неизвестно чего.[AVA]http://se.uplds.ru/HC6B7.jpg[/AVA]

+1

8

[AVA]http://i.piccy.info/i9/8d1f7889fa40569382684d647ca7dc21/1512324089/4685/1201987/ezgif_4_3ec95d6b4b.jpg[/AVA]
- Если бы все ото всех отъебались - наступил бы гребаный рай на земле, - фыркает Шейн, ни секунды не верящий в то, что человечество достигнет такого уровня просветления, чтобы люди перестали заглядывать друг другу в кошельки, спальни, кухни, штаны и так далее, пытаясь тут же сравнить и выдать вердикт о том, кто живет правильно, а кого подвергать немедленному экстерминатусу, - Но пока что я вижу один способ всех помирить - вторжение злоебучих насекомых из космоса. Заметь, даже не зомби-апокалипсис, - он хлопает себя по карманам, нащупывает пачку сигарет, достает себе одну, подкуривает, а пачку бросает на стол. Думает где-то о том же, о чем и Келлах, на свой манер, правда - если бы всей человеческой расе угрожало бы быть сожранными заживо многоногими отвратительными тварями, разве всем очень быстро не стало бы похер, какого цвета у тебя кожа, с кем ты предпочитаешь спать, и кому - молиться?
О том, что Келлах не сторонник убийств, Шейн знает. Наверное, отчасти потому он и общались с ним до сих пор (окей, еще потому что было о чем поговорить и таки да - на что посмотреть, ну красивый мужик же, хоть и занят), и сейчас сначала не совсем понимает, к чему тот вообще заговорил про убийства, похороны, и так далее, а, погоди, ну да, фейерверки же. Погибли люди. Медики. Хреново.
Картина с похоронами Шейна веселит, хотя и не до слез, как Морригана - черт его знает, насколько близко познакомился с костлявой плотник, а вот сам Шейн - куда ближе, чем хотелось, и до сих пор привыкал к ощущению присутствия за плечом.
- Сколько ты в обезьянниках сидел я немного знаю, - щурится  парень, затягиваясь, - Да вот только... беспредел беспределу рознь. Не всегда можешь контролировать всю ситуацию и знать исход. Беспредела, - он дергает краем рта, поджимает губы, снова затягивается, думая о расчетах и как просто наводить миномет по указанным координатам, когда не знаешь, кто там находится, и не узнаешь никогда - не увидишь крови, не услышишь предсмертных стонов, это вообще все пройдет мимо тебя. Со взрывами, наверное, тоже так прокатывает. Но они сейчас говорят намеками, общими фразами, по сути заново учась налаживать контакт, синхронизируя направление мыслей и словари, - Прикольная этика вообще у любой войны, хорошо продумана. У вдохновителя и идеолога - чистые руки. У исполнителя чистая совесть. И делов-то, - ухмылка на загоревшем лице получается мрачноватой, под стать теме, - А в перемирие я верить как-то отучился. Обычно это время, когда стороны подтягивают свежий личный состав, бэка, проводят разведку и планируют следующий шаги.

+1

9

- Поэтому я и не пытаюсь даже, - неожиданно слишком открыто парировал Келлах. - Контролировать полностью хоть что-нибудь вообще невозможно, можно только попытаться устроить всё так, чтобы последствия были не такие уж, как бы так сказать... впечатляющие с отрицательной точки зрения.
Газеты первые несколько дней пестрели заголовками. Джерри Адамс в очередной раз был замордован журналюгами, выдвигающими кучу бредовых версий. Келлах читал газеты как любой нормальный гражданин. Читал газеты, смотрел новости, слушал радио. Не нужно быть волонтёром ИРА для того, чтобы знать всю ситуацию. Вокруг достаточно говорили о происходящем. Тут уж скорее подозрение вызывал тот, кто вроде бы как ничего не знал о недавних взрывах.
- В Лисберне казармы взорвали, знаешь? - вроде как не относилась его реплика к недавнему намёку Шейна на "фейерверки" и "праздник". - Два человека умудрились пробраться в "самое защищённое место Северной Ирландии". С бомбами, Шейн. Почти по полтонны взрывчатки с каждым! Представь чистый тротил на месте этих "бочонков с мёдом". Представил? Тут бы ни одного британского солдата не оказалось в округе - всех бы смело. И беспредел тут не во взрыве. Даже не в том, что был он недалеко от госпиталя - хотя тут, соглашусь, нехорошо поступили, могли бы командный пункт снести - больше пользы было бы. Гражданские пострадали - это плохо. Но погиб, говорят, всего один. Солдат, между прочим. Как там? Работа у него такая, - Келлах снова прищурился, глядя на одного из тех, у кого как раз-таки работа такая. Потом потянулся за брошенной Шейном на стол пачкой сигарет. - Позволишь? - вытянул одну, прикурил, затянулся, обвёл взглядом помещение, медленно выпустил дым сквозь зубы. - Все мы тут ходим по минному полю - республиканцы, лоялисты, католики, протестанты... Никогда не знаешь - кто сегодня решит одеяло на себя потянуть, - он снова замолчал, перебирая в памяти несколько десятков статей в газетах, вышедших за последние десять дней, потом фыркнул, припомнив одну из первых. - Знаешь, чего они придумали, журнашлюшки эти? Что эти взрывы - провокация для лоялистов. Что республиканцы, мол, задолбались сидеть в тишине и начали вот эту всю катавасию, чтобы подразнить Ольстер. Они идиоты? Адамс аж охренел от такого бреда, наверное, - задумавшись, он привычно распотрошил сигарету в пепельницу - откуда-то взявшаяся полевая привычка не оставлять следов давно въелась в подкорку и заставляла его действовать практически не раздумывая. - Никто не хочет умирать. Никто не хочет войны, но какого-то хрена только так можно заставить их всех там, в своём грёбаном парламенте шевелить задницами, если уж мозгами шевелить они давно разучились.[AVA]http://se.uplds.ru/HC6B7.jpg[/AVA]

+1

10

В этом Келлах был прав. Разрушения могли быть больше. Жертв могло быть больше - если бы целью был настоящий террор, провокация, разжигание войны, экскалация конфликта. А так - "всего-то один" убитый гражданский будто бы вынуждал политиков торговаться. Искать допустимый предел пролитой крови, чтобы оправдать "ответные жесткие, но необходимые меры". Они давненько не виделись с Билли, и он не слышал пламенных гневных речей, которые, если быть совсем с собой честным, нет-нет, да и задевали какую-то струну внутри него. Ирландия была отдельной страной. Остров, блять, отдельный. Но нет, мудакам с соседнего острова требовалось прийти сюда, взять их огнем, мечом, кровью и голодом, покорить себе, заставить забыть о гордой свободе и зваться "провинцией", на манер римлян, которые, в свое время, точно так же звали провинцией Альбион. Глупо, наверное, считать, что следы той травмы покоренных саксонцев и бриттов жили в англичанах до сих пор, но ведь в мире всегда так? Всегда идут войны? И здесь тоже идут, хоть и помягче, со скидкой на бремя и усталость "белого человека", зато южнее экватора воюют со всей страстью, не жалея ни себя, ни врага, не думая о потерях, забывая о человеческом облике.
Вместе с этим Шейн понял, что за несколько лет, кажется, отошел от всего этого. Смерть потихоньку становилась рутинной. Стояла за плечом, и сейчас вот похлопывала почти сочувственно - я никуда не денусь, хороший мой, и не думай, что сбежал от меня в отпуск.
Он сделал широкий жест ладонью, когда Морриган спросил о сигаретах - пожалуйста, чего б это мне возражать, кури на здоровье.
Думал над его словами, потягивая пиво, и вместо гнева или раздражения, ощущал в голове звон. Пустой такой, будто кто бил поварешкой в пустой котелок.
- Они тянут время, - пожал плечами Шейн, глубоко затягиваясь снова, выдыхая дым, и запивая сигаретный привкус пивом. Скоро надо будет идти за следующей порцией. Лучше сразу двумя. Пока что в голове ощущался легкий приятный флёр - длительная практика алкогольных возлияний давала о себе знать, даже при учете попыток наверстать на протяжении недели, - Им некуда торопиться, время на их стороне. Британцы предлагали референдум еще лет десять назад и уже тогда были уверены, что лоялисты перевесят. Референдум был сорван по этой же причине, - под пиво и сигаретку было очень приятно умничать и делать вид, что ты офигенно в теме, хотя на самом деле Шейн нахватался то здесь, то там, сопоставил, не нашел внутреннего противоречия в своей башке и теперь делился итогом, - Парламент не настолько тупой. Просто люди там не будут шевелиться, пока им это не выгодно, - он еще раз пожал плечами, - Нестабильная обстановка в регионе им как раз относительно выгодна. На такой удобно вести агитацию. Бла-бла-бла-бла. Чертовы террористы. Чертовы лоялисты. Чума на оба ваших дома. Даешь экономический рост. Независимость и воссоединение с республикой им выгодна едва ли - не факт, что все эти прекрасные люди, - сарказма в слово "прекрасные" Кэрриган напустил с излишком, - Войдут в законодательную или исполнительную власть единой независимой Ирландии. Сохранят позиции. Влияние. Бизнес. Апф. Может, кому-нибудь стоит направить свой гнев адресно? Или позаботиться, чтобы в следующий раз в парламент попали люди, действительно заслуживающие доверия? - он допил пиво в несколько глотков. Так, точно, надо еще пива.

+1

11

- Предлагаешь перестрелять их всех? - Келлах усмехнулся и буквально одним глотком добил свою порцию пива. - С обеих сторон найдутся те, кто скажет, что на место погибших придут другие, и тогда вообще начнётся светопреставление.. Во всём этом бедламе единственным выходом кажется вообще никуда не соваться. Вот только, - подкурив следующую сигарету он медленно выпустил дым сквозь зубы, поскрёб ногтем большого пальца щетину на щеке и откинулся на спинку стула, задумчиво толкая пустую кружку по столу пальцем. - Только ничего не изменится. Все это знают. Я это знаю. Любой из моих ребят это знает. Джо, которого почти три года назад расстреляли практически в упор, тоже знал. Все знают, что ничего, блять, не изменится! - Морриган неожиданно рявкнул, приложив сжатым до побелевших костяшек кулаком по столу. Так, что неподалёку вздрогнули и обернулись на неожиданно выбивающийся из общего шума нетипичный звук несколько человек.
Келлах резко поднялся, сгребая со стола пустые кружки, зажимая в зубах тлеющую сигарету, и двинулся к бару за добавкой, распихивая всех на своём пути, едва ли не рыча от накатившей злости. Грохнул всё стеклянное великолепие о стойку, прошипев сквозь зубы и сигарету, чтобы налили того же, столько же и поторопились уже как следует вместо болтовни с висящим на стойке пьяным отребьем, которое и пары слов уже связать не могло.
- Ещё немного и я захочу начистить кому-нибудь рожу. Хорошо, если этим кем-то окажется какая-нибудь британская солдатня, - полные кружки не гремели как пустые, да и нёс их Келлах аккуратнее, выплюнув кому-то под ноги изжёванную и истлевшую по самый фильтр сигарету. Устроившись на своём стуле, Морриган красноречиво посмотрел в глаза Кэрригану. - Нет ещё желания кого-нибудь проелозить мордой по асфальту? Помнится, в Дублине несколько лет назад у тебя это неплохо получалось. Я бы многое отдал, чтобы взглянуть на Пэдди О'Салливана в той ситуации ещё раз - уж очень у него удивлённые глаза были, когда ты мне на помощь из паба вывалился.
Келлах тогда нарывался. На любые неприятности, умудряясь находить толпы идейных противников где угодно - словно компас под названием "шило в заднице" работал у него просто преотлично. Глупостью только было нарываться на неприятности в одиночку и весьма нетрезвым. Особенно - на шайку Пэдди, сынка протестантского пастора с соседней улицы. Но когда это Морриган задумывался об уровне разумности своих действий в уличном размахивании кулаками, когда в груди в очередной раз кипела злоба на британских солдат, полицию Ольстера и протестантов за компанию? Да никогда в жизни![AVA]http://se.uplds.ru/HC6B7.jpg[/AVA]

Отредактировано Ceallach Morrigan (2018-01-13 02:32:53)

+1


Вы здесь » Irish Republic » Архив незавершенных эпизодов » А Сион говорил: «оставил меня Господь, и Бог мой забыл меня!» Ис 49:14